Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Теперь настала очередь постояльца кивать:

– Ага, каменщиков! Понимаю. А…

– А старый ее дом, где они жили с прежним мужем, принадлежал не им, а городской коммуне. Вот после гибели мужа Агнессе и пришлось съехать. Жаль, жаль, добрый был палач, умелый, старательный.

Хозяин гостиницу непритворно вздохнул и, низко опустив голову, смежил веки, так, что герру Гульду составило немалых трудов разговорить его вновь. И все же разговорил! Нашел интересную для собеседника тему.

– Вы сказали – после гибели мужа. Так что же, палача-то убили, выходит?

– Выходит так. Девка одна, гулящая, из портовых шалав. Метнула нож из толпы прямо во время казни, – господин Штромм пожевал губами… ну, в точности, как лошадка сено. – Прям в сердце попала – умелая. Верно, отомстить хотела, с неделю до того наш славный палач ее добре кнутом попотчевал да заклеймил, как воровку. Вот прям на запястье клеймо поставил.

Потратив некую часть остававшихся у него средств на экипировку – короткая замшевая куртка, мастерок с киркою, круглая кожаная шапка, какие по всей Германии носили мастеровые, – ближе к вечеру Федор уже стучал в дверь дома вдовицы с самым беспечным видом.

– Хозяйка, эй, хозяйка, открывай!

– Чего тебе? – недружелюбно спросили из-за двери.

– Говорят, тебе каменщики нужны?

– Нужны… Ты, что ли, каменщик?

– Каменщик! И напарники имеются, и опыт.

– Надеюсь, не из тех, что ремонтируют башню церкви Святого Якоба? Ладно, заходи…

С язвительной усмешкой на губах Агнесса распахнула дверь, впуская нежданного гостя. Каштановые волосы, голубые глаза, крепенькая – все при всем. И впрямь милашка! Правда, она показалась дьяку чем-то расстроенной, и в уголках глаз все еще стояли слезы, впрочем, быстро улетучившиеся, как только разговор зашел о конкретном деле.

– Интересно, сколько вы запросите за работу?

– Тут надобно посчитать, – серьезно отозвался дьяк. – А вы что хотите?

– Хочу расширить окно и сделать прилавок, – увидев столь привлекательного молодого человека. вдовушка прямо на глазах подобрела. – Ну, как в других лавках…

– Хотите по римскому типу сделать? Или, может быть, как в Баварии, чуть поуже?

– Нет, нет – по римскому. Товару у меня много, узости ни к чему.

– Тогда придется расширять подоконник, моя госпожа.

– Делайте, что надо. А цена…

– Оплата – после работы, – поспешно успокоил Федор. – А сейчас лишь попрошу небольшой аванс – купить кирпичи, раствор и оплатить повозку.

– И-и… сколько?

– Двадцать пять гульденов – на кирпичи и раствор, и еще дюжину пфеннигов на повозку. И за работу столько же – двадцать пять. Тут ведь не на один день…

– Договорились!

Живо перебив «каменщика», хозяйка взбежала по узенькой лестнице на второй этаж, откуда тотчас же послышались детские крики, и вскоре спустилась обратно.