Ватага. Атаман

Может статься, госпожа, которую она сочла за знатную правительницу, всего лишь первая среди неприкасаемых? А настоящих, высших браминов, тени которых недостоин касаться никто из низкорожденных, Манджуша просто-напросто еще ни разу не видела?

А впервые увидев – тут же нанесла им страшнейшее оскорбление…

Неудивительно, что собравшиеся на площади люди орали на нее с такой ненавистью, а потом оттаскали за волосы и бросили в узилище. Теперь остается только ждать и гадать, какую казнь придумают для нее хозяева здешнего мира, насколько долгой и мучительной она окажется.

И все-таки Манджуша была рада. Ведь ни одна казнь не может длиться бесконечно. Муками она искупит грехи прежних воплощений, очистит душу и переродится для новой судьбы, в которой уже не будет вдовства, не будет рабства, не будет безумия. Может статься – она даже окажется браминкой, правительницей, повелительницей жалких существ из низших каст, будет жить сытно и безбедно, родит своему мужу крепких, здоровых сыновей.

Когда к ней пришли кшатрии, девушка даже обрадовалась, что все наконец-то кончается. Манджуша послушно легла на ковер, на который ее толкнули, позволила себя спеленать и тихо, покорно ждала, пока ее несли к месту смерти."

"Где-то через пару часов невольницу наконец-то выпустили из тюка, в котором она едва не задохнулась. Кшатрий разрезал веревки на руках и ногах, отошел к постели, сел на нее и стал деловито прокалывать дырки в каких-то кожаных лоскутах – видимо, собираясь их сшить. Девушка поняла, что находится в сделанной из струганого теса небольшой комнатушке с затянутым промасленной тряпицей окном под потолком. Несколько шагов в длину, несколько шагов в ширину, пара сундуков, единственная постель, плеск воды снаружи, качающийся пол. Она была на корабле!

Манджуша села на ковре, поджав под себя ноги, в печали закрыла глаза.

Да, все правильно. Это ее карма. Опять корабль, опять рабыня, опять неведомый чужеземец везет ее через холодные воды в края невыносимых обычаев. Она прошла через эти муки один раз, но не смогла выдержать испытание, и мудрый Варуна, всеведущий и справедливый, вернул Манджушу туда, откуда все началось, дабы несчастная попыталась справиться с испытанием еще раз.

Бороться против кармы бесполезно. Она рабыня. У нее есть хозяин-мужчина. Рабыня должна доставлять хозяину радость.

Манджуша поднялась, скинула с себя ненавистные, неудобные одежды и стала танцевать, напевая себе и притоптывая, играя бедрами и стреляя в господина глазами.

Угрюм сглотнул и отложил выкройку поясной сумки. Он был взрослым мужчиной и познал много женщин. Женщин брыкливых и орущих в покоренных городах, женщин продажных и услужливых в портах, женщин пьяных и безразличных в кабаках.