Ватага. Атаман

Копья уперлись в него, Егор тут же упал вниз, подныривая под длинные древки, с широкого замаха рубанул саблей по ближайшим ногам, откатился, пока не успели заметить и наколоть соседи, встал за спиной Федьки, держащего сразу два щита, дохнул ему в ухо:

– Ты вовремя! – снова поднырнул, рубанул. Но когда откатывался, ощутил сильный удар в бок. Пластины колонтаря выдержали, но князь понял, что третья попытка закончится плачевно.

Как назло, ветер бодро развеивал дым, видимость заметно улучшилась. Стало ясно, что их на улице осталось всего двое против полутора десятка литовцев – умелых копейщиков, действующих слаженно и решительно. Напирая на последнюю парочку, не давая повернуться, подставить спину, маленький отряд замедлил движение правым краем, ускорил левым – и Егор с Федькой оказались прижатыми спиной к какому-то дому, окруженные полукругом врагов, до которых Вожников своей короткой сабелькой не мог даже дотянуться.

– Ну, давайте быстрее! – смирился со смертью Егор. – Чего ждете?

Копейщики выжидали. Видимо, их командир размышлял, что лучше: брать русских в плен или прикончить и бежать из обреченного города? Свою задачу маленький отряд в любом случае выполнил: теперь смертоносная батарея замолчала навсегда.

Топот копыт заставил всех повернуть головы – по улице, опустив копья, галопом промелькнули несколько всадников, врезались в литовский полукруг, кого-то наколов, кого-то затоптав, кого-то просто сбив с ног, промчались дальше и осадили лошадей, разворачиваясь для новой атаки.

Егор ринулся влево, поддев ножом и саблей древки двух крайних латников, не попавших под удар конницы, подскочил на расстояние удара и крутанулся, разрубая ближнему врагу лицо. Правый бросил копье, выдернул меч, тут же попытался со всей силы вогнать его Вожникову в грудь. Егор повернулся – клинок безопасно прошелестел по нагрудным пластинам колонтаря. Ответный удар тут же срубил беззащитную кисть вытянутой руки. Крик боли, шаг назад – и кривой индийский кинжал вонзился несчастному под подбородок.

Князь огляделся: Федька был цел, хотя один из его щитов и раскололся пополам; всадники добивали последнего литовца:

– Откуда ты взялся, боярин Даниил? – узнал ближнего воина Егор.

– Княжич Семен прислал к тебе с вопросом! Слышал он, что ратники твои стену уже разбили и в Витебске дерутся. Он же без дела стоит. В сече себя показать желает.

– Передай, пусть и дальше западные ворота стережет. Опасаюсь я, через них полки литовские убежать попытаются. Нет, постой… Пусть хоть полсотни детей боярских пришлет. Похоже, пушки нужно беречь со всем тщанием. Без них замка не взять. Литовцы это, сам видишь, тоже понимают… Откуда взялись, ума не приложу?

– Из северных ворот. Там ныне никого, все ратники в городе дерутся.