Ваше Сиятельство #1

 — Можешь исполнить мою просьбу?

— Какую еще просьбу? — она шла по левую руку от меня, справа находилась очень встревоженная госпожа Синицына.

— Пожалуйста, держись вместе с Айлин, чтобы она не чувствовала себя одинокой, пока я буду занят с Еграмом, — я свернул к лестнице, слыша со спины гомон голосов, сопровождавших Сухрова.

— Надо же какой заботливый. Ладно, поддержу твою Айлин. Против нее я ничего не имею, — каблучки княгини застучали по лестнице. — А против Сухрова имею — еще та сволочь. Жаль, что у тебя нет шансов набить ему физиономию.

— Посмотрим, — отозвался я."

"С некоторых пор у меня сложилось правило: непосредственно перед боем не думать о его исходе — не важно на чьей стороне сила. Сейчас имеет значение лишь сам поединок, и каков бы не был результат, я должен выложится. А там, как позволят боги. Артемида… При мысли о ней, мне стало любопытно, увидит ли происходящее Небесная Охотница? И когда она вообще проявит себя? Когда предстанет передо мной в земном теле? А не поможет ли она мне, если помолиться ей перед боем? Но последнее я сразу отверг. Возможно, отказ от помощи богов кто-то сочтет за гордыню, но дело не в ней. Дело в том, что я сам принял игру именно в эту жизнь и сам сыграю ее с достоинством, опираясь на собственные силы. Если Небесная соизволит помочь — это ее право и ее игра, а я иду своей дорогой и будь, что будет.

Поглощенный своими мыслями я не заметил, как мы покинули школьный двор и углубились в проулок, выводивший к пустырю. Это место часто использовали для сходок и поединков, но оно имело серьезный недостаток: сюда нередко заглядывала полиция и кто-нибудь из администрации школы, а в нашей школе такие мероприятия, мягко говоря, не приветствовались. Из-за подобных стычек только за последние годы четверо ребят стали инвалидами, и двое погибли. Да, бывало и такое — бой до смерти.

Отодвинув доски в проломе забора, я пропустил вперед Айлин. С княгиней Ковалевской вышло сложнее: ее роскошное синее платье, явно не предназначенное для таких похождений, зацепилось за гвозди и надорвалось.

— Граф Елецкий! — с фальшивым возмущением сказала Ольга, наконец оказавшись по ту сторону забора, — с вас новое платье! Теперь я как оборванка. Надо же было повести меня через эту дыру! Ты же прекрасно знаешь: дальше через двести шагов есть калитка!

— Платье, так платье, — отозвался я, подходя к доске, лежавшей на перевернутых ящиках. — Как пожелаете, ваше сиятельство.

Положил на траву сумку с учебниками и снял сюртук.

— Саш!.. — Айлин влажными глазами смотрела на меня.

— Да, дорогая, — я начал расстегивать рубашку. — Чего ты?

Послышались задорные голоса приятелей Сухрова — они тоже пролазили по одному в дыру в заборе.