Варварский берег

Оттолкнув бородатого, Сухова подбежала к испуганному мехари, успокаивающе воркуя:

– Животинка, животинка… Беленький, пушистенький… Не бойся!

Животинка, фыркая и косясь на женщину, позволила той забраться в седло.

– Хоро-оший мальчик, – ласково приговаривала Елена, понуждая верблюда к движению.

Выехав из скромной тени арки, она увидала скакавших навстречу арабов в полосатых галабеях, их было человек десять или пятнадцать.

Увидав ее, всадники заголосили, заорали, вытягивая сабли да ятаганы.

«Как быть, как быть…» – мелькнуло у Мелиссины.

Вот тебе и ответ! Спасибо этим сарацинам, избавили от долгих раздумий.

Понукая мехари, Елена направила его к югу, в пустыню.

Сзади послышался выстрел, но ответить женщине было нечем. Оставалось только надеяться на «скакуна», а белый верблюд был резв на диво…

Второй день нес Елену ее мехари, часами трусил, слегка покачиваясь, по плотным глинам солончаковсебхр, скользил по склонам песчаных холмов в узких проходах-таяртах.

Ветра, палящим своим дыханием, приносили песок и пыль, вихорьками закручиваясь на дне долин-уэдов.

Отвесные, слоистые стены гор обдавали сухим жаром – словно открывались невидимые глазу, но исполинские духовки.

Просторный рег – пустынная щебнистая равнина – дрожал и струился в зыбкой дымке горячего воздуха.

Совершенно черные лавовые плато перемежались с розовыми гранитными утесами; понижались, отходя назад, горные кряжи и утопали в светло-желтых песках, в поясах рассыпавшегося в щебень камня, в пестрых глинах со сверкающими выцветами солей.

Очень хотелось пить. Постоянно и много.

Холодненького бы чего-нибудь! Да где ж его возьмешь, холодненького? «Пепси» осталась в кемпере…

Проведя сухим языком по шершавым губам, Сухова сняла с передней крестообразной луки седла притороченный к ней бурдюк с верблюжьим молоком – ноу-хау туарегов.

Молоко на жаре быстро свертывалось, и можно было пить кисловатую сыворотку.

Впереди обозначилась возвышенность, а на макушку выехали трое кочевников в накидках клана кель-ахеммеллен.

Елена спокойно осадила верблюда – пришла пора знакомиться с хозяевами здешнего пекла.

Закутанных лиц туарегов было не видать, одни только удивленные глаза.

Хорошо еще, что у этих кочевников женщины в почете. Матриархат.

Навстречу Суховой выехал один из всадников, чьи повадки, а также дорогое оружие выдавали амрара, то бишь местного вождя.

– Меня зовут Ахитарель аг Ихемма, – с достоинством представился амрар, говоря на берберском наречии. – Это – Амеллаль и Азуэль. А кто ты, незнакомка?

– Имя мое – Хеллен, – отозвалась женщина, делая ударение на последний слог. – На меня напали арабы, двоих я убила, но их было больше десятка. Мне пришлось бежать.