Варварский берег

Бейхан храбро взяла в руки мушкет, прицелилась… А после отвернула лицо, зажмурилась и выстрелила.

Елена отчитала ее, и второй выстрел вышел куда более удачным.

Пираты отвечали, но как-то вяло.

В какой-то момент стрельба вообще стихла, а затем Фейруза завопила радостно:

– Они уходят! Уходят!

Мелиссина осторожно выглянула между камней. Шебека действительно отплывала, медленно разворачиваясь в тесной бухте.

– Они не уйдут… – хрипло сказал Каравулык.

– Молчи, кызлар-агасы, – одернула его Елена, – тебе вредно. Зря радуешься, Фейруза. Пираты и в самом деле не уйдут. Просто они поняли, что наскоком нас не взять, мы тут неплохо укрепились. Скорей всего, они высадятся на северном или восточном берегу и явятся сюда всей толпой – очень жадные и очень злые. Надо перетащить пранги на восточный склон и соорудить новый бруствер. Что, подружки? Вон кайла, вон лопата! И вперед! Надеяться нам не на кого.

Мелиссина выглянула из-за скалы, наблюдая, как шебека медленно вытягивается из бухты.

Трое османов, посланных Каравулыком, до сих пор так и не дали о себе знать. То ли не получалось у них ничего, то ли изловили их, то ли…

В этот самый момент рявкнули две пушки с борта «Йылдырыма». Фрегат был полуразрушен и перекошен, сохранившиеся орудия стреляли под наклоном вниз, даже до противоположного берега пролива достать не могли.

Да только этого и не понадобилось – шебека проплывала мимо фыркате в каком-то десятке шагов, и оба ядра ударили пиратскому кораблю в борт, пробивая его практически в подводной части. Вода так и хлынула в трюм шебеки.

Люди Толстого Абдуллы забегали, заорали, всем бортом дали залп по «Йылдырыму», но останавливаться не стали.

– Молодцы какие! – завопила Фейруза, прыгая от радости. – Они потопили пиратов, да?

Мелиссина покачала головой.

– Это вряд ли, Фейруза. Воды они наберут до черта, но это же моряки, они к таким делам привычные. Законопатят пробоины и только злее будут. Они придут сюда, Фейруза. И мы должны их встретить как подобает. За работу!

Женщины под руководством важничавшего Силахтара принялись долбить и копать, рыть и таскать камни.

Отдыхать было некогда. Вместо рытья, когда руки и плечи утомлялись до полной потери сил, невольницы впрягались в подобие сбруи и перетаскивали фальконеты.

Вскоре вернулись Зурназен и Маджар. Кодже Дервишу не повезло…

Двое здоровых мужчин сразу взялись за дело – натаскали каменных глыб, упрочив насыпь, и даже подняли один из фальконетов на третий этаж нурага, где чернел проем двери.

Оттуда можно было хорошо приветить наступавших.

Мелиссина оглядела женщин. Здорово же они изменились за пару дней! Война, даже очень маленькая, кого угодно преобразит.

– Вот что, подруги, – сказала она.