Варвара начинает и побеждает

- Уф, прекраснейшая! Я уже был готов бросить брата с его переговорами и просить открыть портал к тебе во двор!

- Я была бы весьма рада тебя видеть, - выдохнула, улыбнулась. – Как вы там вообще?

Они там вообще были странно, потому что помянутые Дожди затягивали переговоры, как могли, и их повелитель выдумывал всё новые и новые условия и испытания.

- А не мог бы ты его спросить, какого нечистого в моих владениях разбойничает некий Аль-Масуд? И ещё почему некий господин Польо ему это позволял?

- Что-то этот Польо мне совсем не нравится, - покачал головой Лео.

- Кому он нравится-то, - пожала я плечами. – И видеть не хочу, и слышать, однако, понимаю, что придётся. В общем – расскажи обо всём этом королю. А от господина Польо я ещё буду ждать присягу. Остальные-то, кто тут есть, вполне согласились жить дальше под моим не самым умелым руководством. А с ним ещё придётся эту тему обсуждать.

Лео сказал – будут сложности, он поможет. И спросил – может быть, уже помогать? Ловить Аль-Джафара Змея, или ещё кого-нибудь?

Я поблагодарила и сказала, что пока справляемся. Но если что – я сообщу.

- Люблю тебя, прекраснейшая из фениксов. И жду встречи.

- Люблю тебя, Белый Лев, - сказала я прежде, чем сама поняла, что говорю.

В прошлой жизни я почти никогда не говорила о любви. Опасалась. Думала, стану слабее, покажу свою уязвимость. Но теперь мне казалось, что уязвим тот, у кого нет никого, достаточно близкого, кто подержит за руку, утащит с раскалённого солнца, поднимет с гальки и… скажет о любви. Я невероятно уязвима – мне тут куча народу клялись, я теперь должна стоять за каждого из них. Но ведь и они за меня, да? Это ж не в одну сторону работает? Вот. А когда мы вместе – мы сила. Хоть с кем. Хоть с братьями-стражами, хоть с вассалами, какими бы они ни были. Хоть с принцем Руджеро, именуемым ещё братом Лео.

У него глаза так и засияли – ох, отчего же он сейчас не рядом? Дотянулась бы…

Впрочем, я смогла ощутить что-то, вроде легчайшего прикосновения. И будто моих губ так же легко коснулись. Я выдохнула, заверила, что непременно сообщу вечером обо всём, что случится, и мы распрощались.

А после завтрака мне представили того самого подающего надежды молодого рыцаря – ну, он оказался ещё моложе Барбары, звали его Боэмунд, и взялся он откуда-то оттуда же, откуда здесь брались все северяне. И он одним из первых два дня тому положил к моим ногам свой меч. Говорил в целом вежливо, но – поглядывал из-под ресниц, и те взгляды казались мне весьма заинтересованными. Ну да, рожа-то уже не обгорелая. Ничего, будет хорошо служить – сосватаю ему жену приличную.

В общем, главным по охране стал рыцарь Боэмунд.