Варвар

— Ты разве не слушала запись, которую я тебе отправил? — наконец, отпускает меня, засовывает руки в карманы.

Запись… Да, он что-то такое говорил днём, но я тогда не обратила внимания, а телефон даже в руки не брала.

— Нет? Так возьми и послушай. А завтра обсудим эту тему. Всё. Жди сына. На ночь он останется с тобой, а утром его отвезут к специалисту. Я всегда держу своё слово. И опять же, убегать не советую. Тебе некуда идти, Снежана. На данный момент у тебя есть только я. Тот, кто может дать тебе если не всё, то очень много. Чем быстрее ты повзрослеешь и взвесишь своё положение, тем лучше будет для тебя и мальчика. Доброй ночи, — он вышел за дверь, а я услышала чьи-то голоса, которые постепенно стали отдаляться.

Взяв мобильный, открыла сообщение, присланное с незнакомого номера и нажала на «плей».

ГЛАВА 18

Подруга рассказывала о том, как встречалась тайком с моим мужем и в её голосе, хоть он иногда и вздрагивал, я слышала насмешку. Надо мной. Над моей наивностью и розовыми очками, в которых прожила, кажется, полжизни. А теперь их осколки вырезали мне глаза, и я истекала кровью.

Опустившись на пол, тихо всхлипывала, а она всё говорила, говорила, каждым своим гадким словом полосовала по сердцу, словно тупым, ржавым лезвием, оставляя такие глубокие раны, которые, кажется, уже было не излечить."

"Иногда вставлял пару слов Пётр. Он признавался в том, что почти всё время дурачил меня и проигрывал деньги. Те множественные займы, о которых я ничего не знала, я же и оплачивала. С ума сойти. А ведь, если прикинуть, я неплохо зарабатывала на репетиторстве, да и зарплаты учителя достаточно, чтобы прожить на эти деньги месяц. Пусть скромно, пусть без всяких излишеств, но вполне возможно. И пособие на Виталика… Ещё год назад Петя сказал, что его прекратили выплачивать. Я хотела добиться правды, хотела пойти по инстанциям в поисках справедливости, но муж велел: «Забудь. Не унижайся». Сволочь. Какая же сволочь! Как он мог поступать так со своим сыном! А я? Чем я заслужила подобное?

Я слышала, как Петра били и, если раньше сошла бы с ума от боли за него, то сейчас, после всего услышанного, злорадствовала. Я хотела, чтобы ему было также больно, как в тот момент было мне. Желала ему этого всей душой.

И в завершение (словно всего этого было мало) я услышала, как Марат выторговывает меня с сыном, словно животных на базаре. И муж, недолго думая, принял условия предложенной «сделки», как назвал это Варвар. За определённую, весьма невысокую цену дал разрешение на то, чтобы Виталика забирали и привозили ко мне в любое время дня и ночи. А меня… Меня продал с концами. Марат не врал. Всё именно так и было.

Свернувшись калачиком, я тихо выла и стучала телефоном по полу, пока тот не замолчал и не треснул дисплей.