Варшавские тайны

— Кто непосредственно руководит штурмом?

— Я, ваше превосходительство, — сделал шаг вперед Лыков.

Толстой посмотрел ему в глаза, словно хотел сказать что-то важное, но так и не решился. Однако коллежский асессор его понял. Хорошо, что первым на русские пули идет русский — вот что подумал генерал. Что ж, может, он и прав… Чертовы варшавские условности! Даже сейчас, накануне опасного дела, между людьми одного ведомства проходит незримая черта."

"Полтора часа прошли в томительном ожидании. Наконец полицейские спустились во двор, расселись по экипажам и через задние ворота шмыгнули в тихую Даниловечскую. Уже стемнело. Четыре пролетки с поднятыми верхами быстро вывернули в Налевки и вклинились в поток. В последней ехали обер-полицмейстер и начальник сыскного отделения. Чтобы не маячить красными отворотами генеральской шинели, Толстой закутался в охотничий пыльник.

Варшава направлялась спать. Поток экипажей, приближаясь к окраинам, дробился на мелкие ручейки и слабел. Не доезжая Толкучего рынка, колонна свернула на Дикую и подкралась к Повонзковской заставе. Открылась длинная и унылая Бураковская улица. Она была застроена домами невзыскательной архитектуры, многие из которых больше походили на трущобы. На улице не горел ни один фонарь. Нужный им дом был последним по левой стороне. Вовсю светила луна, придавая действию какой-то мистический оттенок. Лица агентов были напряжены, да и Алексей волновался. Все, началось! Лошади перешли на стремительный бег. Вот и притон Яна Касъера. Заранее подосланный филер, верзила Тарковский, распахнул ворота. Пролетки ворвались в тесный двор. Тут же во втором этаже раздался звон разбиваемого стекла, а следом — приглушенные крики. Лыков соскочил, снес широкоплечего хлопца, пытавшегося не пустить его в подъезд, и ринулся по лестнице наверх. Счет шел на секунды. Если Егор не сумел отодвинуть засов, его там сейчас убивают…

Рывок — и железная дверь распахнулась. По инструкции, Иванов должен ожидать полицейских на входе и тотчас же ретироваться на площадку. Однако в прихожей было пусто. На полу лежал опрокинутый табурет, а из комнат доносился топот ног. Удирают!

Алексей влетел в первую комнату. Бородач с кастетом на волосатом кулаке кинулся было ему навстречу. Коллежский асессор пальнул в потолок и гаркнул страшным голосом:

— Застрелю, сволочь!!

Бандит сразу бросился на пол и закрыл голову руками.

Кто-то выстрелил из темного коридора. Над макушкой Алексея словно дунул короткий ветерок… Отвечать было нельзя — где-то там находился его помощник. И Лыков, убрав «Веблей» за спину, попер прямо на дуло. У стрелка не выдержали нервы, он повернулся и побежал. Сыщик одним прыжком догнал его, уложил ударом в ухо и ринулся дальше.