Варрэн-Лин: Узы Стаи

По поверхности долины змеилась стремительно расширяющаяся трещина в земле, рассекающая всю долину надвое и отделяющая варрэнов Даймира и троих его женщин от площадки у пещеры, на которой остались Дайм с поверженным Вожаком и Динка в окружении своей стаи. Вся земля долины ходила ходуном.

Единственная широкая трещина с каждым мгновением еще больше раздвигалась, превращаясь в настоящее ущелье. От нее по земле во все стороны струились трещины поменьше, тут же заполняясь огненной водой из рассеченного озера и раскалывая долину на десяток островов разных размеров. Террасы стали разрушаться, сверху посыпались камни, а земля под ногами заскрежетала, застонала, задрожала. Черные варрэны и затесавшиеся между ними Варрэн-Лин ошарашенно пятились. Но спрятаться в этом разрушающемся мире было совершенно негде.

— Что, черт возьми, происходит? — прошипел Шторос. Динка обнаружила, что лежит на земле, Хоегард, Шторос и Тирсвад плотно прижимались к ней со всех сторон, закрывая своими телами от любой опасности. Но как раз на том островке, где они находились, земля оставалась неподвижной. Площадка у пещеры была усеяна обгоревшими телами погибших и раненых черных варрэнов. А оставшиеся в живых также, как и они, сбивались небольшими группами и жались друг к другу, в ужасе глядя на катящиеся со склонов камни и ползущие по земле трещины.

— Убей его! — пронзительно завизжала Ринэйра, все еще держащая в захвате другую Варрэн-Лин. — Почему ты медлишь? Прикончи его!

И Динка поспешно перевела взгляд на Дайма. Он по-прежнему сжимал в зубах горло Вожака, но… тот был еще жив.

— Не трогай его! Прошу! Ради меня, ради всех шегардов, что я заботилась о тебе! Отпусти его! — выла черная Варрэн-Лин, извиваясь в хватке Ринэйры. И Динка вдруг поняла, кто это. Сейчас в этой несчастной испуганной немолодой женщине нельзя было признать ту царственную неприступную особу, которую Динка видела в воспоминаниях Дайма. Но это, несомненно была она — его мать.

— Мы должны быть рядом с ним, — прошептала Динка, высвобождаясь из безопасных объятий и ползком направляясь к Дайму. Хоегард, Шторос и Тирсвад поползли за ней, готовые в любой миг снова закрыть ее своими телами.

А землетрясение набирало силу, трещины разбегались по земле с невероятной скоростью, обходя стороной лишь узкую полосу земли, по которой ползла Динка и трое ее мужчин. По трещинам разливалась огненная, напоенная силой вода из расколотого озера. Скалы, в которых были прорыты норы, ходили ходуном. Грохот рушащейся горы сливался с ревом пламени, и от этого шума закладывало уши. Над долиной поднималось душное марево, отвратительно пахнущее гарью и еще какой-то гадостью, от которой щипало глаза и щекотало в носу.