Варрэн-Лин: Узы Стаи

Позволить силе течь без препятствий, без сопротивления… Сила свободно заструилась по связывающим их дорожкам, вливаясь в ее тело и уходя в землю.

— Динка? — услышала она обеспокоенный голос Штороса. — Как ты?

— Я живая! — Динка ответила громко и для всех. Боль не исчезла, но притупилась, стала привычной и терпимой. Она с трудом поднялась на ноги и обвела поле боя мутным взглядом. Сила все еще текла между ними, но, в сравнении с первым ударом, ее стало меньше. Трое самок вцепились зубами в Дайма: в шею, плечи, бока — и жгли его своей силой. Но Дайм стоял совершенно невредимый и яростно отбивался зубами и передними лапами. Варрэн-Лин рычали и рвали зубами и когтями его тело, но совладать с ним не могли. Огонь скатывался с него, уходя в пульсирующий контур силовой звезды.

Шторос и Тирсвад стояли неподвижно, боясь сойти с места и нарушить спасительное построение. Хоегард рядом был объят огнем. Он тоже по мере своих сил пропускал огонь в землю. Динка увидела, что он весь в ожогах, шерсть выгорела клочками, и он едва держится на ногах. Звезда, соединившая их тела сияла нестерпимо ярко, затмевая все вокруг, и ни один варрэн не мог приблизиться, чтобы напасть.

Но… Черный Вожак все еще был жив! И пока он на свободе, им не победить. Надо было освободить Дайма от нападающих на него женщин, чтобы он смог добраться до Вожака, а остальные получили передышку.

Динка приподнялась на задних лапах и ударила передними по земле, намереваясь направить силу против вцепившихся в Дайма Варрэн-Лин. Не убить, но отшвырнуть их, отделить от Дайма, отодвинуть… Земля под ней затряслась, забрыкалась, вспучиваясь огромными нарывами, и от лап побежали, зазмеились по камням узкие щели. Но Динка этого не видела, она, зажмурив глаза и превозмогая боль, вливала силу в землю, желая, отбросить от Дайма его противниц. Послышался страшный грохот и испуганный визг. Сила стала уходить в землю все быстрее и быстрее. Боль растворилась, а сознание снова подернулось красной дымкой.

— Динка, довольно! Остановись! Все кончено! — в ее голове звучали голоса ее мужчин, выдергивая из огненного безумия. Их тела прижались к ней со всех сторон, сдерживая, помогая совладать, направляя. Щелкнул в сознании замок, запирая силу внутри и перед ее глазами начало проясняться.

Построения давно уже не было, в нем не было больше необходимости. Дайм, живой и невредимый, прижимал к земле еще брыкающегося Даймира, но видно было, что его зубы уже сомкнулись на горле Вожака. Чуть в стороне Ринэйра держала черную Варрэн-Лин, наступив ей на спину, и, натягивая назад гриву зубами, не давала ей пошевелиться.