Варрэн-Лин: Узы Стаи

Слезы ее высохли, оставив после себя лишь слипшиеся шерстинки под глазами.

— Это долгая история, — уклончиво ответил Дайм, сосредоточенно оглядывая родное поселение. Его поразила царящая здесь тишина. Они вышли к центральному озеру, но вокруг не было ни души. Не бегали дети, не играли между собой молодые самцы, не прогуливались дородные пожилые Варрэн-Лин. Долина будто вымерла.

— А где все наше племя? — удивленно спросил он у матери.

— О! Это тоже долгая история, — печально ответила мать. — Вожак прилагает все усилия, чтобы спасти племя от вымирания. Но нас становится все меньше.

— В поселении какая-то заразная болезнь? — насторожился Дайм, замедляя шаг. Как бы сильно не хотел он вернуться домой, но против болезней, вспыхивающих, словно пожары и уносящих с собой сотни жизней, варрэны были бессильны.

— Нет, что ты! — испуганно замотала головой мать. — Варр защищает нас от болезней, но не может уберечь от агрессии других племен. Почти все мужчины вынуждены были уйти на границу с белыми. А женщины и дети не могут прокормиться самостоятельно и умирают от голода.

— И где они все? — продолжал допытываться Дайм.

— Сейчас ты все увидишь своими глазами, сынок, — мама остановилась около пещеры Вожака и дружелюбно помахивала хвостом, приглашая его войти первым. Дайм с сомнением оглядел вход, ласково глядевшую на него мать, двух черных охранников, лежавших по обе стороны от пещеры и не спускавших с него настороженных взглядов. В глубине души Дайма терзало дурное предчувствие, весь его жизненный опыт твердил ему о том, что это очередная ловушка. Но объективных причин отказаться и не прослыть трусом перед лицом других варрэнов у него не было.

Дайм, кивнув матери, сдвинул носом висящую у входа шкуру и шагнул в темноту жилища. Он остановился у порога, давая глазам привыкнуть к отсутствию света, а носу учуять окружающие его запахи.

— Неужели это и вправду Дайм? — услышал он в своей голове голос Даймира и сощурился, силясь разглядеть его в темноте. Даймир лежал, окруженный тремя юными девушками, едва вступившими в возраст размножения. Девчонки старательно вылизывали его и без того блестящую шкуру, а он, лениво растянувшись, смотрел на Дайма из под полуопущенных век. От увиденного волоски на спине у Дайма зашевелились. И мать утверждает, что это его отец?

— А где Сайрина? — с трудом выдавил Дайм, вспоминая строгую, и даже временами жесткую Варрэн-Лин Вожака. Она скорей бы убила, чем позволила другой женщине прикоснуться к ее собственности. И всегда неотлучно следовала за Даймиром.

— Это первое, что ты хочешь узнать, едва вернувшись домой? Я начинаю подозревать, что у тебя что-то было с моей женой до того, как ты с позором сбежал из племени, — насмешливо проговорил Даймир.