Варрэн-Лин: Узы Стаи

— Мы обсуждали наши дальнейшие планы, — проговорил Дайм для Динки и Штороса.

— Что там обсуждать? — фыркнул Шторос. — Ты же собирался к черным? Разве нет?

Динка напряглась. Что, уже? Они не успели залечить раны и снова собираются куда-то идти?

— Да, — ответил ему Дайм. — Но я не могу гарантировать вам теплый прием. Прямой агрессии точно не будет, но обстановка может быть напряженной.

— А может… — начала Динка, и все взгляды обратились на нее. — Мы останемся здесь? — закончила она сдавленно.

Брови Дайма взлетели вверх.

— Я… вы же обещали мне уютную пещеру и… — попыталась объяснить свою мысль под недоуменными взглядами мужчин Динка. — И вот замечательная пещера. Здесь мы на ничейной территории между красными и черными. Здесь мы могли бы счастливо жить все вместе и… — заикаясь от волнения пробормотала Динка.

— Динка, ты ошибаешься, — мягко проговорил Дайм. — Здесь на границе двух племен мы находимся в очень уязвимом положении. Любой, кто случайно забредет сюда с той или с другой стороны нападет на нас. Я не думаю, что ты хочешь жить в постоянном страхе за свою жизнь и за жизнь своих детей.

— Я хочу просто жить! — с чувством выпалила Динка. — Не идти куда-то, не воевать с кем-то не доказывать что-то… Просто жить рядом с вами!

— Девочка моя, — Дайм поднялся со шкуры в сидячее положение и заключил ее в объятия. — Все у нас будет. Просто поверь мне. Осталось потерпеть еще немного.

— Я устала от всего этого, — всхлипнула Динка и неопределенно обвела рукой вокруг себя. — Я хочу свой дом, хочу засыпать и просыпаться в одном и том же месте. Хочу заботиться об этом месте, делать его уютным, встречать вас с охоты… Я устала бояться за ваши жизни!

— Дай мне еще немного времени, — прошептал Дайм, поглаживая ее по голове. — Я вернусь в племя, вновь стану Вожаком, и тогда у тебя, у нас у всех, будет все, о чем можно мечтать. И самая большая и уютная пещера, и вкусная еда, и безопасность. Мы будем жить не жалкими отвергнутыми изгнанниками, а полноправными членами племени. Наши дети будут расти среди сверстников, учиться у старших товарищей и находить себе партнеров не по необходимости, а по велению сердца.

— Ты обманываешь сам себя, — покачала головой Динка. — Мы все — не такие! Мы никогда не сможем найти себе место ни в одном племени. И дети наши будут не такими. Их будут дразнить сверстники, а старшие товарищи не будут брать их в свои игры, как дразнили тебя и не брали тебя в свои игры. А партнеры будут отвергать их, как отвергли все Тирсвада в племени белых.

У Дайма на скулах заиграли желваки, а темные брови сошлись на переносице.

— Если мы не найдем такого места, где нас примут, значит я создам это место сам, — твердо сказал он. — Я не позволю, чтобы наши дети чувствовали себя изгоями!

— У тебя это получится.