Варрэн-Лин: Узы Стаи

Но Динке глазеть по сторонам не было времени. Из всех пятерых она осталась одна против тысяч врагов. А руоги, видя, что добыча ускользает, кидались на нее еще яростнее, хотя, казалось, это уже невозможно. Боль разрывала все тело, то тут, то там. И Динка уже не пыталась нападать, а лишь лапами и зубами срывала с себя вцепившихся руогов — только бы не быть съеденной заживо.

— Следующий поворот. Всем, кроме Штороса, шаг назад. Динка входит в воду, — отдал приказ Вожак. И Динка шагнула назад. В первый миг ее лапы обожгло, и огонь прокатился по телу от кончиков пальцев до ушей. Но в следующий миг вновь заревел Шторос, и сила хлынула в контур. Нити, ведущие от каждого варрэна к Шторосу расширились и пылали нестерпимым огнем. Атака руогов захлебнулась в воде, а самые отчаянные, бросившиеся было на Штороса, сгорели в прах, едва коснувшись его. Никакая защита не помогла.

— Шторос, ты меня слышишь? — властно рявкнул Дайм.

— Ы-ы-ы, — послышался слабый отклик от Штороса.

— Силу к земле направляй, сейчас же! — приказал Дайм.

— Ы-ы-ы, — промычал Шторос в ответ, но сила по-прежнему неконтролируемо рвалась вверх.

— Шторос, как рыбу жарить. Вспоминай! — крикнул ему Хоегард. — Сконцентрируйся! У тебя получится!

Внезапно что-то изменилось. Шторос, набычившись, опустил голову к земле и, широко расставив лапы, открыл рот. Из пасти полилось ослепительно белое пламя, выжигающее все на своем пути.

Струя огня выжгла в земле глубокую черную борозду и до самого горизонта буквально испарила оказавшихся на пути руогов, разделив войско на две половины. Безмозглые создания попятились в стороны от полосы огня. Но Шторос, издав торжествующий рык, прокатившийся по притихшим рядам противников, слегка повернул голову, смещая поток пламени и испепеляя им стоявших ближе всех роугов.

Наконец сообразив, что они сошлись с противником, который им не по зубам, руоги с визгом бросились врассыпную. А Шторос, войдя в раж от осознания своей непобедимости, поворачивал голову то в одну, то в другую сторону, стараясь сжечь как можно больше ненавистных тварей.

Воевать больше было не с кем. Уцелевшие руоги беспорядочно разбегались, не пытаясь больше нападать.

— Выходим медленно в том же порядке, — скомандовал Вожак. — Строй не нарушать!

Но все и так прекрасно понимали, чем грозит нарушение контура пентаграммы, и медленно, оглядываясь друг на друга, поворачивали строй вокруг Штороса. Когда Динка вернулась на свое первоначальное место перед Шторосом, а Хоегард шагнул из смертельной воды на сушу, Шторос рухнул на землю без сознания.

Спасительная пентаграмма рассыпалась. Но в ней больше не было нужды. Они были впятером одни посреди выжженной равнины.

Вся шерсть выгорела, кончики ушей свернулись и обуглились, кожа превратилась в черную обугленную корку.