Варрэн-Лин: Узы Стаи

Он полыхал, как факел, и через его тело в темное небо бил столб чистой неразбавленной силы. Сквозь свой поврежденный резервуар силы он выводил излишки ее из контура пентаграммы, сохраняя жизни всем остальным, включая стоящего по колено в воде Хоегарда. Даже бесстрашные руоги попятились от него, перекинувшись на остальных.

— Я в порядке, — запоздало отозвался Хоегард. — Шторос, ты как?

— Р-р-ры-ы-ы, — Шторос не мог облечь свои мысли в слова, боль, которую он испытывал, била сквозь мысленную связь всех. Но он держался. Динка и все остальные ощутили исходящую от него решимость. Он нашел-таки способ пожертвовать собой, чтобы спасти остальных, и все это почувствовали.

— Смещаемся в реку, не разрывая построения. Хоегард заходи глубже, Тирсвад в воду, Динка на острие атаки, — быстро сориентировался Вожак.

— Нет! Шторос! Он не выдержит, — мысленно закричала Динка, но нити силы уже пришли в движение, вынуждая ее отступать.

— Подчиняйся! — молнией пронзил ее приказ Дайма.

— Динка, подчинись, пожалуйста! — прозвучал в ее голове умоляющий голос Тирсвада. Динка вспомнила, как он рассказывал ей, что в экстремальной ситуации стая должна действовать как единый организм, и сделала шаг в нужную сторону, оказываясь окруженной руогами с трех сторон.

Звезда пентаграммы повернулась вокруг своей оси, отступая. Динка оказалась одна перед лицом полчищ врагов и принялась остервенело отбиваться. Руоги висели на ней, как пиявки, разрывая мышцы, высасывая кровь. Но она уже не чувствовала боли, сражаясь в последний раз в своей жизни. Шторос за спиной снова взвыл и столб света стал шире и ярче, освещая залитое кровью поле боя как днем. Это Тирсвад шагнул в воду.

— Хоегард и Тирсвад заходим глубже, я вхожу в воду, Динка шаг назад на уровень Штороса, — послышалась новая команда Вожака. И все синхронно шагнули еще назад. Пентаграмма опять повернулась вокруг своей оси, уже наполовину скрывшись в реке.

Едва поравнявшись со Шторосом, Динка бросила в его сторону тревожный взгляд. Сквозь ревущее вокруг него ослепительно-белое пламя угадывались лишь очертания его тела. На мысленные воззвания он не отвечал, полностью закрыв свои мысли и чувства от всех. Даже представить было страшно, какую боль он испытывал. Динка боялась, что он скоро рухнет без сознания, но он продолжал твердо стоять на ногах, и руоги к нему не лезли, стараясь держаться подальше от концентрированной силы, изливающейся из него вверх.

Краем глаза Динка заметила, что твари и в воду лезут неохотно, несмотря на свою защиту от силы. А в воде неуклюже барахтаются, теряя твердую почву под ногами. Тем варрэнам, кто был уже в воде, сражаться стало гораздо легче. Руоги, которые все-таки сунулись в воду не могли сражаться в полную силу. Видно было, что они и плавать-то не умеют.