Княжич варяжский

Ушлый мужичок, которого Сергею порекомендовал конунг Смоленска. Мол, этот все окрестные и не очень леса облазил на сотни верст окрест. Вернее, миль. Какойка. Мелкий, болтливый, безвредный с виду. Бродяга-любитель. Изгой. Легко сошелся с возницами, нурманов побаивался, но без паники. К Сергею относился почтительно. На любой вопрос разражался сотней слов. По-словенски болтал как на родном. Хотя о себе говорил, что из мерян. Из людей-то есть. Так это переводилось. Сергей ему доверял только отчасти. И это было плохо, потому что проводник — работа ответственная. Может и в болото, и в ловушку запросто завести. Хотя болот по зимнему времени можно было не опасаться. Наоборот, частенько по болотам и шли, срезая путь. По болотам, озерцам, речушкам. А вот ловушка — это дело другое. Потому приглядывали за Какойкой плотно. Он не протестовал, понятное дело. Честно показывал дорогу, которую дорогой можно было назвать с большой натяжкой. Иной раз приходилось и серьезные завалы разбирать. Природные, не рукотворные. Сергей был к этому готов. К тому, что часть пути придётся идти практически по целине. А вот за ними вполне полноценная дорога оставалась. Большой караван. К саням с товарами прибавилось еще восемь — с припасами. В основном для лошадей. Это ездовые могут на подножном пару недель продержаться. Боевым, таким как Мар, зерно нужно, и регулярно.

Двигались они в направлении правильном, насколько мог судить Сергей по солнцу и звездам, места для привалов Какойка тоже подбирал по большей части удобные. И с погодой повезло: близка к идеальной. Морозец приятный, около десяти, снежок временами. И так почти две недели. Несколько раз, правда, поднимался ветерок. Но — по верхам. И не такой, что деревья валит. Так, снег с верхушек сбросит, стволами поскрипит. Беспокойства меньше, чем от волков. Последние, впрочем, тоже проблем не создавали. Обозначались только голосом. Соваться на такую прорву людей не пытались. Волки, они умные. Не нападали, но и не отставали. Их вековой опыт гласил: где собралось много вооруженных людей, там рано или поздно появится много еды.

Иногда попадались и следы людей. Вернее, лыж или снегоступов. Люди, как и волки, старались держаться от сильного отряда подальше. Какойка, правда, обещал впереди обжитые места, но только когда к Волге выйдут.

В общем, спокойная дорога. С поправкой на зиму и буреломы."

"— Завтра к Юлу выйдем, — сообщил во время очередного ужина Какойка.

Юл — значит река. В данном случае Река. Волга-Итиль.

— Там беречься надо. Опасные места.

Сергей удивился. Здесь, как и там, лесовики одни и те же — радимичи. До земель самостоятельных вятичей еще плыть и плыть. А берега… Берега, конечно, разные товарищи контролируют, но даже если и не совсем дружественные, то связываться с варягами не рискнут.