Заповедь Варяга

Не потому, что плохая примета и можно накликать беду, а просто по-другому он не умел. А здесь раскололся, как провинциальный лох!

– А ты богат, – с долей восхищения произнесла Зина.

– Не настолько, как тебе кажется, – сдержанно заметил Ангел. – Но тебе этих денег хватит на полгода, даже если ты задумаешь кутить, как голливудская знаменитость.

– Я более скромна в своих желаниях, – ответила она.

– Надеюсь... Как мне тебя найти, если вдруг надумаю... повторить пережитое? – Ангел старательно выбил трубку в пепельницу.

– Я тебе позвоню сама... скажем, завтра. Назови свой номер телефона.

Не размышляя ни секунды, Ангел назвал свой номер и вновь нарушил одну из элементарных заповедей безопасности.

– Завтра меня здесь может не быть. Позвони, скажем, дня через три, – бросил он.

– Хорошо, – кивнула она.

– Я буду ждать твоего звонка.

Зина понимающе улыбнулась. Все-таки она не только прекрасная любовница, но и к тому же еще и большая умница: знает, чертовка, что в подобные минуты вопросы могут быть лишними. Неторопливо и очень изящно, безо всякого смущения, оделась, и ее грациозные движения при этом напоминали культовый танец баядеры в храме любви. Слегка притронулась пальцами к губам, отправив воздушный поцелуй, и закрыла за собой тяжелую металлическую дверь.

Оставшись в одиночестве, Ангел еще несколько минут обдумывал случившееся. Он был уверен, что с ним произошла какая-то очень серьезная перемена, но вот что именно, осознать до конца не сумел. Набросив на плечи халат, он протопал в ванную комнату.

Глава 12

КРУГОМ ГОЛЯК

Ангел был в Питере уже через два дня, и первым, кого он навестил, был Шевалье, или иначе Виталий Шмыков. Он проживал в своем большом трехэтажном доме на окраине города и внешне вел вполне законопослушный образ жизни. Именно он и казначей общака Ефимович, по решению смотрящего и схода, отвечали за приватизацию судостроительного и сталелитейного заводов, а стало быть, спрос с них в первую очередь. Шевалье принимал Ангела в гостиной, просторной и уютной. На низеньком журнальном столике стояли виски, тарелки с бутербродами. Однако Ангел отказался от угощения, предпочтя всему прочему баночку холодного пива. В тот же миг из соседней двери вышел высокий парень в строгом черном костюме и принес две банки пива. На его поясе проступал контур «волыны», да и нес он напиток одной рукой, словно рассчитывал, что вторая может понадобиться для стрельбы. Что за нововведение держать в доме лакеев при стволах! Шевалье выглядел слегка растерянным, но вида не подавал, смеялся, даже шутил, но уже на пятнадцатой минуте разговора сдался и сделал признание:

– Ох, неважные дела творятся в нашем царстве-государстве, Ангел.

– Что такое? – удивленно спросил вор, отмечая, как Шевалье нервно стряхнул пепел на ковер.