Вампирский роман Клары Остерман

Он долго думал (или просто хотел доесть суп и жаркое), а потом, наконец, поднялся из-за стола и даже отказался от ещё одной чашки чая.

– Что ж, господица Остерман, – произнёс он, выпрямившись как струна и одёргивая сюртук, – на этом разрешите распрощаться.

– Вы… а как же… – я растерялась, ведь уже представила, как меня выведут из особняка в кандалах. – Вы же обещали меня арестовать!

– И я обязательно арестую вас попозже, господица Клара, – пообещал Давыдов, почему-то улыбаясь. – Если вы того пожелаете.

– Очень даже пожелаю! – воскликнула я почти возмущённо. – То есть… я хотела сказать… зачем же вы вынудили меня во всём признаться, если не ради ареста?

Мне показалось, он едва сдерживал смех, но вряд ли сыскарь и вообще такой зануда, как господин Бобёр, мог найти что-то забавное в сложившейся ситуации."

"– Послушайте, господица Остерман, – сказал он куда серьёзнее, – план наших действий такой. Пока что я опасаюсь нарушить ход дел и помешать вашему Карнштейну-Кельху, поэтому сначала сообщу начальству обо всём. Может, лучше с нашей стороны и вправду дождаться, когда ваш отец клюнет на удочку, раз Карнштейн так уверен, что клюнет. Поэтому я попрошу вас пока что затаиться и не мешать следствию.

– А что же Тео?

– Не говорите ему ничего. Даже о моём визите не рассказывайте. Пусть он действует так, как задумал.

Мне это показалось неправильным, но только на мгновение. Тео скрывал от меня письмо отца. Он вёл свою непонятную игру, и доверять ему целиком было опасно. Мои необдуманные действия уже принесли немало бед, поэтому я даже рада, что кто-то другой решил всё за меня.

– Так что, Клара, сидите тихо.

– Как мышка, – добавила я.

Давыдова передёрнуло.

– Давайте не о мышах и крысах, – попросил он. – А то тут… видел всякое. Но вот что. Давайте договоримся. Вы пока и вправду сидите тихо, не высовываете нос из особняка. Дождёмся бала. Я вас не брошу и помогу, если что. Но Карнштейн не должен знать о вмешательстве Первого отделения. Кухарка сможет держать рот на замке?

– Я поговорю с ней, – неуверенно пообещала я.

В таких случаях слугам принято делать небольшое денежное вознаграждение, но, вот беда, у меня совсем нет денег. Но я могу что-нибудь придумать. В особняке столько дорогого барахла.

– Отлично, – обрадовался Давыдов и крепко пожал мне руку на прощание.

Кажется, он смотрит на меня с некоторой осторожностью, как на опасное чудовище. Впрочем… могу его понять.

Мне кажется, в особняке водятся мыши. Слышала скрип за стеной.

ИЗ ДНЕВНИКА ДЕМИДА ДАВЫДОВА11 лютня

Пометка Д. Ф. Волкова: листы, очевидно, разлетелись, когда дневник потерялся на болотах. Найдены не были.

С утра ездил на Чайный остров и в особняке Кельха неожиданно повстречал Клару Остерман.