Вальс под дождём

Аслан упруго подпрыгнул, приземлился на носки и несколько секунд балансировал в одной точке. Потом переступил дальше и требовательно указал пальцем на крохотный пятачок земли, куда мне надо попасть.

В школе по физкультуре мне ставили оценку «хорошо», и даже как-то раз на уроке я взяла высоту полтора метра, но приземлиться на клочок в десять квадратных сантиметров мне представлялось немыслимым.

«Ты можешь, ты должна, — сказала я себе, — есть такое слово — “надо”».

Я вытерла враз вспотевшие ладони о юбку и отвела ногу в упор назад.

«Давай, Евграфова, плавно, сильно, точно», — прокрутился в мозгу голос учителя физкультуры. Я закусила губу, напряглась и вместе с резким толчком оказалась в нужном месте. Только бы не упасть! Я закрутила руками, как ветряная мельница. Тело кинуло вперёд, назад, я едва не оступилась, но смогла удержаться ровно.

Владимир поднял вверх большой палец. Его немая похвала придала мне сил двигаться дальше. Жизнь и есть большой переход по минному полю, подумалось мне, когда я обессиленная сидела на придорожном камне и смотрела, как по дорожке из сухой хвои цепочкой ползут муравьи. Их цепочка заканчивалась между корней сосны со сгоревшей верхушкой, и я хотела верить, что тоже вскоре вернусь сюда, потому что сосна — ориентир. В лесу поодаль меня будут ждать разведчики. Я знала, что сейчас они тоже наблюдают за мной. На прощание Аслан коротко поцеловал меня в щёку, а Владимир хлопнул по плечу и коротко пожелал удачи. В паре километров отсюда — бывший райцентр Лапино — конечный пункт назначения.

Я приметила молодую ольху и сапожным ножом ободрала несколько кусков коры на лыко. Нож и кочедык были единственным оружием, которое мне позволил взять с собой майор. Подняв голову, я посмотрела на солнце, обвитое длинными белыми тучами. Ветреный день парусил мою юбку и задувал под кофту. Я подняла воротник и нацепила на согнутую руку корзинку.

Странным образом мой назойливый страх затих, видимо почувствовав, что если станет меня донимать, то останется без хозяйки, потому что её попросту схватят и пристрелят. Правда, если пристрелят, то, считай, повезло; главное, чтобы не мучили. Сначала на дороге не было ни души, но ближе к деревне я смогла расслышать тарахтение мотоциклов, а когда мимо меня на большой скорости проехал грузовик с немецкими солдатами, поняла, что попала в зону риска.

* * *На входе в посёлок красовался указатель с чёрной надписью готическим шрифтом «Lapino». Старую табличку с названием «Лапино» кто-то накрепко приколотил гвоздями к стволу дуба, словно на время отдал ему на хранение. Сам посёлок начинался с живописной берёзовой рощицы, около которой стояли двое мужчин с белыми повязками на рукавах и оружием. Полицаи.