Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Вообще-то привлекать к этому делу местную милицию было бесполезно, она и в лучшие-то времена умела бороться лишь с семейными дебоширами, а теперь, в разгул бандитизма, вчерашние колхозники в погонах сидели тихо и заботились лишь о собственной безопасности, так что надежды, что участковый приедет, да ещё на ночь глядя, не было никакой.

Машину мы оставили за деревней, а сами, уже в сумерках, через кладбище и лес осторожно подошли к дому. Джип с тонированными стёклами они уже перегнали и поставили у самой изгороди с тыльной стороны усадьбы, а сами выбрались на крыльцо, пили пиво и негромко переговаривались. Изба стояла на отшибе, с трёх сторон окружённая сосновым бором и видеть, что происходит во дворе, могла лишь соседка, живущая далековато.

Егерь прошёл через огород «мёртвой зоной» и встал за баню, чтоб держать двор и вход под прицелом, а я вернулся назад и направился улицей к дому. Видимо, незнакомцы хорошо изучили мой распорядок дня и образ жизни, точно знали, когда я возвращаюсь с охоты и не ожидали увидеть меня так рано. Сразу от калитки я пошёл прямо на них и застал всех троих на крыльце. Один из них вскочил, пытался изобразить радость встречи, и кто это такой, я узнал лишь по тому, как он часто моргал и улыбался. Но один из его приятелей, с модной недельной щетиной, сразу же осадил, и стало ясно, кто тут хозяин.

Выглядели они вполне респектабельно, и внешне разные, по виду, манерам казались неуловимо похожими, как братья (а может, так в сумерках казалось), и тянули на молодых учёных, уволенных по сокращению, которые после голода, нищеты, унижений, почувствовали вкус свободы, денег и жирной, обильной пищи. Сквозь округлившиеся, с растущими подбородками лица ещё проглядывал интеллект, хорошее воспитание, а в глазах — живость ума.

Небритый сделал движение, словно собирался поздороваться со мной за руку, он даже банку пива переложил в левую руку, однако его, похоже, смутил карабин и мой не гостеприимный вид, и он остановился в трёх шагах.

— Извините за вторжение, — заговорил натянуто, а сам стриг глазами. — Но вас застать нигде невозможно.

— Кажется, я недвусмысленно дал понять, что встречаться с вами не намерен, — сказал я знакомому по письмам гостю, стоящему у крыльца. — Тем более здесь.

Тот часто замигал и промолчал, небритый попытался разрядить обстановку, поднял руки. Правый карман куртки тяжело качнулся — что-то там было.

— Простите за назойливость, виноваты. Может, присядете к нашему столу? — показал на пивные и консервные банки, расставленные по ступеням. — Вы с дороги, устали… Кстати, как охота?

— Да, я устал и поэтому прошу покинуть мою территорию, — сказал я заготовленную фразу.