Гуманный выстрел в голову

Ирина Сереброва

ДОЛОГ ПУТЬ В НИРВАНУ

Аскет Рамануджа ясно видел, что до будды ему остается один шаг.

Не менее ясно он видел, что будды ему уже не достичь: смерть кивала и подмигивала, маня Рамануджу в инобытие. Остаток Пути Рамануджи в этом воплощении смерть полила топленым молоком и медом, раскрыв объятия для оскользнувшегося.

Но шаг должен быть сделан. Рамануджа, преисполнившись тяжёлой досады, задумался. А после воскликнул:

— Если достаточны для того мои духовные заслуги, пусть в следующем перерождении я продолжу свой Путь к будде!..

И шагнул в липкую, сладкую темноту.

…Рамануджа вновь родился в семье брахмана. Ступил на тропу буддизма, с детства отличившись в повторении священных сутр. Достойно выполнял все десять буддийских заповедей: щадил живые существа, соблюдал целомудрие, воздерживался от лжи, воровства и употребления спиртного, соблюдал пост, о светских развлечениях, спанье на роскошных ложах и приеме в дар драгоценностей и речи не шло, как и об использовании благовоний. Из бродячего монаха за долгие годы Рамануджа стал архатом. И вот уже опять неподалеку замаячил конец земного пути, а войти в нирвану архат так и не успевал. За несколько мгновений до того, как покинуть этот мир, Рамануджа вновь потребовал:

— Если дают мне на то право мои духовные заслуги, пусть и в следующем перерождении я стану идущим к будде монахом!

Медом и молоком пахло в райском саду. Стреляли глазками пышногрудые апсары. Архат не спешил предаваться соблазну — он ждал и дождался. Из ниоткуда раздалось:

— Приветствую, о дваждырожденный!

— Привет и тебе, господин! — ответил настороженно Рамануджа.

— Похоже, ты не стремишься насладиться отдыхом между перерождениями?

— Я стремлюсь к моей цели — стать буддой! Так что пусть колесо сансары быстрее совершит следующий поворот.

— Но ты уже дважды становился на путь буддизма у себя на родине, и это ни к чему не привело. Может быть, попробуем иной путь?

— Мои духовные заслуги дают мне право ставить Условие, за выполнение которого ответственно все Мироздание, — отрезал Рамануджа.

— Условие будет соблюдено, — сказал голос вкрадчиво. — Ты возродишься в Китае, где сможешь последовать чань-буддизму. Чань-буддизм может дать тебе мгновенное просветление и уход в нирвану: все зависит лишь от твоего овладения учением.

Рамануджа почесал в затылке и махнул рукой:

— Хорошо, господин, — я согласен, лишь бы было соблюдено Условие!.."

"…чаньский монах Ли Юй преуспел в искусстве медитации. Пальцы его были искусны в составлении мудр, в самосозерцании он мог проводить по 16 часов в сутки, а ученики разнесли составленные им притчи. Звание алоханя он заслужил по праву, но этого было мало.