Все в шоколаде

Ну, как?

– Отлично, – согласилась я, – только в твою версию не укладывается визитная карточка Деда, которую предположительно отец убитого обнаружил на месте преступления.

– Кто видел эту визитную карточку? – недовольно хмыкнул он. Я пожала плечами. – А твоему менту это не пригрезилось?

– Могло, конечно, но до сей поры за ним такого не водилось.

– То, что Ромка решил, что к нему могут иметь интерес не только менты, вполне объяснимо: он знает, кто отец убитого, и мог подумать, что тот, пылая жаждой мести, затеял сам вершить правосудие.

– По-моему, парню не до логических построений, он должен быть напуган до смерти.

– В любом случае его надо найти.

– Найдем, – заверила я. – Куда деться мальчишке в таком городе, как наш. День-два он еще где-то отсидится, а там появится дома или у друзей. Чтобы смыться подальше, нужны деньги…

– А богатый папа?

– Значит, надо искать папу.

– Я думаю, если как следует тряхнуть убитую горем мамашу, то с папой мы познакомимся очень быстро.

– А если папа в самом деле большой человек? Не забывай, у нас скоро выборы.

– Если большой человек прячет подозреваемого в убийстве, ему о выборах тоже стоит подумать.

Возразить на это было нечего, и я опять набрала номер Марка.

– Что желает моя госпожа? – отозвался он. – Сегодня я живу в лампе.

– Пошли кого-нибудь из ребят (я назвала адрес), узнайте у женщины, кто отец ее сына.

– И только-то?

– Заткнись, – рявкнула я, как раз за такие минуты я и ненавижу свою работу.

Лукьянов с усмешкой взирал на меня. Мне очень хотелось заехать ему по морде, но нашу зарождающуюся дружбу это бы не укрепило, пришлось отказать себе в удовольствии. Я взглянула на часы.

– Можно обзвонить знакомых Мальвины или заглянуть в бильярдную…

– Пусть этим займется твой Марк, – отмахнулся Саша.

– Как скажешь, – пожала я плечами, – других предложений нет. Может, закончим на сегодня?

Он тоже взглянул на часы.

– Хорошо. Отвези меня на квартиру.

– А где твои вещи?

– О них я сам позабочусь.

Маленький особнячок располагался в самом центре города. Во времена моего детства здесь находилась стоматологическая поликлиника. Два года назад обветшавшее здание выставили на торги. Дед его приобрел, отреставрировал, и теперь дом являл собой образчик рачительного хозяйствования. Не дом, а маленький дворец. На первом этаже расположился штаб предвыборной кампании, на втором – мини-гостиница из трех номеров люкс, два сейчас пустовали, а третий поджидал дорогого гостя.

Я нажала кнопку домофона и представилась, дверь незамедлительно открыли, и мы поднялись на второй этаж, где нас с улыбкой встретило длинноногое чудо с наклеенными ресницами.

– Добрый вечер, – задушевно проворковала она и попробовала улыбнуться еще шире, а я попыталась вспомнить, как зовут девушку.