Вперед в прошлое 4

Потому Илье я вообще ничего не сказал — ну нафига ему такая информация на ночь глядя?

В половине одиннадцатого в дверь постучали — настойчиво, громко, игнорируя звонок. Или он просто сломался?"

"Дед остался лежать на Наташкином кресле-кровати, а мы с Борисом одновременно вскочили, но открывать пошла мама, посмотрела в глазок и спросила:

— Вы кто? Что вам нужно?

— Игорь Олегович Прудников, коллега Романа, — представился он так громко, что мы аж в кухне его услышали, и я похолодел.

Мой желудок будто бы дернулся и упал во что-то ледяное. Сейчас войдет, скажет, что все. Иначе зачем он приехал?

Мама открыла дверь и, потеряв голос от волнения, просипела:

— Что случилось?

— Вам плохо? Вы только не волнуйтесь! Ничего страшного. — Он ввел на кухню бледную маму, усадил и отчитался: — Мы решили, что правильно будет держать вас в курсе дела. А поскольку телефона у вас нет, то после того, как отвез домой Анну, пришлось заехать к вам. Извините, что напугал.

— Что? Не томи, — сказал дед, сел, привалившись к стене.

— Операция прошла успешно и завершилась. Из операционной Рому перевели в палату интенсивной терапии, но он по-прежнему без сознания.

— Кровь еще будет нужна? — спросил дед.

— Донора нашли, даже двоих. Спасибо вам огромное!

— Преступников взяли? — спросил, я и по тому, как он помрачнел, понял, что новости нерадостные.

— Машину нашли спустя двадцать минут после покушения. В виноградниках. Ее угнали, а потом сожгли. А те двое ушли в лес.

— Так перекройте все ходы и выходы! — распорядился дед. — Их лица видели во время покушения?

— Анна их видела: на лицах платки, на головах — кепки. Все.

— Прочешите лес! Ну что мне, вас учить⁈ — вспомнил ментовское прошлое дед.

— Работаем! — развел руками Прудников. — Мне ли вам объяснять, что гора — велика, в лесу дохрена палаточников, они все время разные, одни приходят, другие уходят, накуриваются, пьют, по берегу шатаются толпы нудистов. Разгар сезона, движение бешеное. Там одних палаточников целый город. Но мы — работаем. И понимаем, что злоумышленники разделятся, и могут прикрыться женщинами…

— Когда он очнется? — прошептала мама.

Я напрягся. Только бы Прудников не сказал правду, что у отца все шансы не очнуться никогда — пусть мама поспит эту ночь. Прудников почесал в затылке, отвел взгляд.

— Ну-у-у, это дело такое. Может завтра, может — через двое суток.

— Нужно ли что-то? Деньги, продукты, другая помощь? — спросил дед.

— Все собрали, спасибо за участие. У нас дружный коллектив. А теперь мне пора, нужно держать руку на пульсе.

— Игорь Олегович, — окликнул его я. — Как держать с вами связь? Очень сложно жить в неведении. Телефон Анны у меня есть, но вряд ли она будет на рабочем месте.

— Дай ручку, напишу телефон.