Твой шёпот в Тумане

Не знаю почему? Просто сознаться, что моя прародительница убийца начисто лишенная морали, мне было сложно.

— Ничего себе заявление, — встрепенулся Сай. — Да, что у вас тут, Стужа меня дери, творится!

— Моя бабка — жрица Танука, во всяком случае, я поняла так. Они с отцом не поделили нас с Эмбер. Ей нужно было моё тело, чтобы переселиться в него, когда её начало стареть. А Эмбер должна была стать жертвой Танука, только я не знаю, что это значит.

Вард Сай, перехватив Эмбер покрепче, сделал шаг вперёд.

— Эта дряхлая тварь ещё жива? — гневно выдохнул он.

— Да, — я легонько кивнула.

— Надо это поправить, — прорычал он. — Жертва Танука — это вместилище его тьмы.

Мертвец, который будет питать магией смерти его храм.

Глава 77

Не обращая ни на кого внимания, чаи, подняв сестру на руки, двинулся вслед за остальными воинами, оставляя нас позади, но ненадолго. По примеру брата Вульфрик, подхватив меня под колени, поднял над землёй и понёс вперёд.

Ухватившись за его широкие плечи, я всматривалась в туман, желая узнать, как они войдут в лагерь, ведь там странная защита.

Долго гадать мне не пришлось.

Вард, которого называли Каилом, закатав рукава чёрной туники, запустил обе руки в эту самую защиту — плотную вибрирующую молочную занавесу. С его пальцев тянулись, переплетаясь между собой, тонкие чёрные переливающиеся нити. Сеть покрыла всё пространство впереди нас. Туман вспыхнул серым маревом и развеялся, открывая нашему взору лагерь гурон и фанатиков. Мертвецы, те, что выполняли грязную работу, замерли и уставились на нас. Их лица были пусты.

Никаких эмоций.

А вот тени, напротив, задрожали и устремились к нам.

«Отпусти».

«Отпусти, отпусти» — шептали они.

Души кружили вокруг Эмбер, ластились к ней. Я никогда раньше не видела, чтобы они так странно себя вели.

Протянув руку вперёд, Эм коснулась одной из них, выпуская из пальцев сеть чёрных сверкающих нитей. Одна за другой тени таяли на наших глазах. Воины северян тем временем расправились с умертвиями и остатками гуронов. Сделали они это так быстро и легко, что я и не заметила.

— Не подходи! — услышав знакомый до дрожи старческий голос, я встрепенулась."

"У входа в сарай стояла сгорбившись древняя карга и потрясала в воздухе зажатой в скрюченных руках деревянной куклой. Её окружали воины северян, и она должна была понимать, что смерть рядом, но старуха вела себя смело.

— Ещё один шаг и я убью девчонку! — вытащив из грязного передника необычной формы нож, похожий на полумесяц, она приставила его к горлу куклы. — Это ритуальный идол, сделанный в день рождения моей старшей внучки. Один неверный шаг и я выпущу её душу из тела.

Сглотнув, я испугалась не угроз, а того, что эта древняя падаль называет меня своей внучкой. Такое родство и в страшном сне приснится не может.