Твой шёпот в Тумане

Каил и Итан часто болели, вся любовь обретённой матушки доставалась им. Я же довольствовался крохами. А ты для меня та самая, что поставит на пьедестал в своём сердце, окружит заботой. И отдаст всю любовь. Я хочу быть любимым. Для меня ты идеал, Томмали. Моя половина. Я не знаю, как пережил эти дни. Но никогда, слышишь, никогда больше я не позволю такому случиться.

Дни. Я выпала из этого мира так надолго. Обхватив могучую шею мужа руками. прижалась к нему всем телом.

— Я люблю тебя, Вульфрик, — выдохнула ему в шею. — очень люблю.

— Я люблю тебя сильнее, мечта моя. Люблю так, что готов задушить в своих объятьях, — он действительно сжал меня в кольце своих рук так, что дыхание остановилось. — Сейчас мы уничтожим тут всё. Ты ведь покажешь, где тебя держали. и расскажешь. как сбежала. Мы подчистим это место и поедим собирать вещи. Уже завтра утром я увезу тебя отсюда подальше. Пусть Каил сам тут управляется. Я рисковать больше не стану.

Услышанное меня обрадовало и напугало.

Я действительно уеду с родной деревни. Я никогда не покидала её пределы. От волнения у меня затряслась губа. Я представить себе не могла, что моя жить станет иной. А вдруг я не приживусь на новом месте?! А вдруг там иной быт и традиции?! А вдруг…

В голове проносились тысячи этих «вдруг» только усиливая моё смятение.

— Я боюсь, — честно призналась я.

— Не бойся, здесь больше никто не причинит тебе зла. — его губы прошлись по моей брови.

— Нет, я боюсь, что придусь не ко двору на твоей родине, — нахмурилась я. — А Эмбер? Она тоже поедет?

— Конечно, милая, Сай не оставит её здесь, — склонившись ниже, Вульфрик легонько коснулся моих губ.

Рядом с нами змеёй прополз «живой» туман, отвлекая от разговора. Мой вард чуть нахмурился и выпрямился.

— А у меня нет большой сумки, я же не поеду в твой дом с узелком, — конечно. было как-то странно стоять посреди небольшой поляны в тумане в окружении умирающих врагов и обсуждать переезд. Но после всего, что я пережила, такая странность уже казалась пустяком.

— Нашёл, — крик незнакомого красивого варда по имени Каил заставил поляну в прямом смысле всколыхнуться. Туман пошёл рябью и устремился на голос, обнажая изувеченные ломаные мёртвые тела гурон.

Меня передёрнуло. Всё же видеть такое я не привыкла. Совсем не привыкла.

— Не смотрите, — услышала я от варда Сая. Но я не могла отвести взгляд от мёртвых.

— Это они убили Лестру! — сорвалось с моего языка. — Пусть теперь гниют тут, как падаль.

— Значит, за всеми смертями стояли точно гуроны?! — уточнил Сай.

— Нет, — я качнула головой и невольно встретилась взглядом с сестрой. — За всем этим стоит наша бабушка.

Я видела, как меняется выражение лица сёстры. Как медленно ползет ее бровь вверх. Она была удивлена, я же испытывала жгучий стыд.