Твой шёпот в Тумане

Видимо, интерес угас. Или не впечатлила я его, как женщина. Что ещё могло означать это «не клеится»?

Подойдя ко мне вплотную, вард присел на корточки и, откинув платье в сторону, взял мои ладони в свои.

— Я никогда тебя не отпущу, — на его вечно суровом недовольном лице скользнула улыбка. — Мы уедем на север. Я увезу тебя туда, где смогу обеспечить всем: нарядами, вкусной едой, спокойной жизнью. Оставаясь здесь, мы всё время будем нарываться на быт и сражаться с недопониманиями. Я обидел тебя, твоя сестра и подруга мне на это указали. Но я хочу, чтобы ты меня поняла, Томма. Я не готов видеть на тебе эти обноски, — я было открыла рот, чтобы возразить, но он приложил к моим губам палец. — Тихо, я не договорил. Я не желаю видеть на тебе обноски, а это, как бы ты ни старалась, именно они и есть. Штопай, не штопай, а новее оно не станет. Я хочу видеть тебя в красивых платьях, в шелковом нижнем белье. Хочу, чтобы ручки твои стали нежнее. Представь, каково мне сейчас.

Я непонимающе посмотрела на мужчину. Он пытался что-то объяснить, но до меня откровенно не доходило.

— Каково вам сейчас? — прямо спросила я.

— Я мужчина, радость моя. Сильный, обладающий властью. И я нашёл то, о чём мечтал всю жизнь, — тебя Томма. Но я не могу дать тебе даже минимум того, что хотел бы. Меня унижают эти линялые тряпки. Подавляет, что нет ничего, кроме пересоленной каши. Я не могу свозить тебя прогуляться к океану, посидеть с тобой у камина. Я ничего не могу, потому что мне нужно строить эти, туманом проклятые, дома да амбары. Мне неоткуда взять даже подарка для тебя. Это так унизительно!

Лицо мужчины дрогнуло и на меня полными обиды глазами посмотрел Иной. Его покрытые инеем ресницы дрожали, словно он сейчас и правда расплачется от досады. Не выдержав, я потянулась вперёд и обняла его крепко, прижавшись к нему всем телом.

— Ну и дурак же ты, вардушка, — шепнула я ему куда-то в шею, — не в тряпках же счастье и не в тарелке с кашей.

— А в чём же? — негромко спросил он, перетаскивая себе на колени.

— А тебе от меня что нужно, чтобы себя счастливым почувствовать? — задала я наводящий вопрос.

— Любовь, тепло, ласка, улыбка и мимолётное касание, — зарывшись пятернёй в мои распущенные светлые локоны, он прижал мою голову к своему плечу.

— Мне от тебя нужно то же самое, — честно призналась я. — И ничего более.

Хочешь сделать подарок — сорви и принеси полевых цветов.

— У меня есть так много, а ты просишь полевых цветов.

— Нет, я прошу твою любовь — а это очень много! — зашептала я."

"— Это я тебе уже отдал. Если попросишь — сердце из груди выну, только не обижайся на меня по мелочам. Я бываю, чёрств, я знаю. Я не привык следить за тем, что говорю. Не приучен я лгать, чтобы сберечь чьи-либо чувства. Но твоя сестричка права — нужно было смолчать.