Твой шёпот в Тумане

Нежить крайне редко их тумана нос показывает, а уж до деревень так и вовсе не добирается. А у вас словно паломничество мёртвых и теней. Это не просто странно — это ненормально.

Пройдя немного вперёд, Вульфрик остановился у алтаря и положил на него руку.

Оставшись стоять в стороне, замерла истуканом. Я невольно продолжала вглядываться в окружающие предметы. Казалось, всё здесь было знакомо и пугающе. Возможно, я когда-то и приходила сюда с родителями, но память это не сохранила.

— А какому богу здесь поклонялись? — задал вопрос Вульфрик, отвлекая меня от тяжёлых мыслей.

— Что? — не поняла я.

— В честь какого бога или богини храм воздвигли? — северянин обвёл взглядом пространство. — Здесь нет ни статуй, ни постаментов, на которых они могли бы стоять. И алтарь чистый без надписей. Ни одной руны. Ничего. Простой булыжник.

Неясно, кому здесь, вообще, поклоняться могли.

Пожав плечами, я шагнула к алтарю, чтобы взглянуть на него, как вдруг за моей спиной раздался странно протяжный скрип дверных петлей. Он ощутимо резанул по нервам. Слабо взвизгнув от неожиданности, подскочила к Вульфрику и обернулась.

В проёме отчётливо были видны серая и белая тени. Они словно трепалась на ветру. Чёткие очертания человеческого тела и некая нереальная прозрачность.

Сглотнув, я ухватила Вульфрика за руку. Ледяная. Отдёрнув ладонь, вскинула голову и вместо уже привычного варда, снова увидела Иного. Его глаза пылали, а взгляд пристально следил за тем, что находилась за стенами храма.

Сделав шаг назад, я прижалась спиною к Снежному и проследила, как его рука медленно скользнула по моему бедру и легла на низ живота. Сейчас я была рада такой защите.

Снова переведя взгляд на дверной проём, обнаружила, что тени пропали. Там снова был виден только лишь пасущийся Шеус.

— Они ведь мне не показалась? — задала я глупый вопрос.

— Нет, — отозвался Вульфрик, — только если у нас с тобой не обоюдная галлюцинация. Ты не обратила внимания на странность этих теней.

— Они светлые и прозрачные, — поделилась я своими наблюдениями. — А те, что в тумане — чёрные и словно грязные.

Вульфрик прижал меня плотнее к себе.

— Я тоже обратил на это внимание, словно не тень, а призрак. Кому же здесь поклонялись? Вспоминай, Томма, — вард выпустил меня из своих объятий и обошёл алтарь кругом.

Под ноги ему попала странная грязная деревяшка, которую он откинул носком сапога в сторону. Я проследила за ней и присмотрелась. Узнавание накрыло с головой.

— Моя кукла! — выдохнула я и, подбежав, подняла её с пола. — Моя Элея!

— Что? — мужчина тут же оказался рядом со мной и забрал у меня находку.

— Твоя? — недоверчиво переспросил он, вертя игрушку в руках.

— Да! Такие фигурки вырезал папа в свободное время.