Твой шёпот в Тумане

Увидя, как кланяются воины варда, и ваши деревенские попадали на колени.

Такого смущения я ещё никогда в жизни не испытывала. И хуже всего, что они вставать не собирались. Вся эта тишина затягивалась и заставляла меня нервничать.

— Прикажи им встать, — негромко, но твёрдо произнёс Вульфрик.

— Яне могу, — шепнула я осипшим от волнения голосом.

— Почему?

— Мне стыдно, я ведь простая деревенская женщина.

— Ты вартеса! А где ты там родилась и с какой ты деревни, волновать тут никого не должно.

— Но какая из меня вартеса, — дрожащим голосом шепнула я, поймав на себе взгляд старосты деревни. Малойо сделал, ну, очень большие глаза, видимо, намекая, что не по возрасту ему коленями землю тереть.

— Томмали, солнце садится. Нам ещё деревню посмотреть, так что прикажи им встать или пусть сидят так до нашего возвращения, — лениво пробормотал Вульфрик.

После этих слов, он выпустил мою руку. развернулся и пошёл в обратном направлении, оставляя меня самой решать, что делать с мужиками.

Глава 47

— Вставайте, — пропищала я.

Все поднялись и как-то странно спрятали от меня глаза, словно веселились.

Особенно это было заметно по воинам северян, я даже слышала смешки. Уж чем вызван такой подъём настроения — не сообразила. Может с меня веселились, или сам способ женитьбы позабавил. Как-то не по себе стало, не любила я быть центром внимания.

Наши мужики же, сбившись в кучу, что-то быстро парой фраз обсудили, и ко мне выдвинулся староста нашей деревни, словно от делегации какой. И вид у старика такой важный. Я, совсем смутившись, соображала, как бы сбежать за своим вардом, пока они мне речи задвигать пламенные не начали. Не нравилась мне вся ситуация в целом, и деловитый вид нашего старосты в частности.

— Ты, Томма, это, — начал Малойо, — скажи там, чтобы молока детям давали, а мы и водой в обед перебьёмся.

— Молоко, — я выпучила глаза на старосту. — Да кто меня тут слушать будет. Какое ещё молоко.

— Не глупи, Томма. Нам в обед распорядись давать воду, а молоко пусть бабам отдадут, чтобы детей поили. Ну, варду своему так и скажи.

— Малойо, миленький, ты что думаешь, слушать меня кто станет.

— Да, не глупи ты, а. Вроде дурой никогда не была. Этот северянин на тебя такими глазами смотрит, что пёс побитый, а ты всё нос воротишь. Да попроси его: он нам не то что молока, коз притащит.

— Томмали, нам пора, — позвал меня Вульфрик.

Ещё раз глянув на Малойо, я быстрым шагом пошла к варду. А в голове царил такой бардак. Он меня при всех своей назвал, и не просто женой, а вартесой.

— Ну и что он у тебя попросил? — весело хмыкнул северянин, глядя на моё растерянное лицо.

— Коз с молоком, — ляпнула я, не задумываясь.

— Значит, будут им козы с молоком, — ещё более весёлым голосом обнадёжил меня Вульфрик.