Тьма в его сердце

У нее были белые ровные зубы, и полные губы, словно очерченные бледно-розовой линией, хотя на них совсем не было помады или других средств для макияжа. И как я не заметил этого раньше?

– Сегодня мне достаточно каруселей, – уверенно сказала она.

– Сегодня? А завтра каруселей может быть недостаточно? – спросил я, ощущая себя на пределе. Я готов был затащить ее за первый попавшийся лоток, торгующий мороженым, к черту карусели, и плевать на людей.

Она засмеялась и ударила меня в плечо. Однако ее удар я практически не почувствовал.

– Остановимся пока на каруселях.

Ее рука все еще была в кармане моей куртки, там же, где и моя рука, и это не казалось мне неприятным, а скорее наоборот. Джоанна скрестила наши пальцы, образуя «замок», а я в ответ сжал ее руку своей. При этом, она даже не взглянула на меня, увлеченно разглядывая громкие мигающие карусели.

Заинтересованность в ее взгляде прямо говорила мне о том, что идея привезти ее в парк, была самой, что ни на есть подходящей.

– Может, хочешь мороженого? – спросил я, прогоняя из головы образы стонущей Джоанны, прижатой к каменной стенке здания.

Она остановилась и развернулась ко мне всем телом, попутно вынимая руку из моего кармана. Ее брови в удивлении съехались к переносице.

– Ну да, такое холодное лакомство, – решил пояснить я, словно она никогда в жизни не видела мороженое.

Она хмыкнула и приподняла уголок губ.

– Ты всегда ешь мороженое, когда на улице холодно? – спросила она, в синих глазах заискрило веселье.

– Черт ты права. Я думал, ты захочешь мороженого. Мне еще не приходилось угощать девушку чем-то кроме алкоголя, – почесав затылок, сказал я.

– Мороженое сойдет, – медленно протянула она, улыбаясь одними глазами. У меня сложилось впечатление, что сказать она хотела совсем не это.

Я кивнул, и снова машинально взяв ее за руку, повел к злополучному лотку, где продавали мороженое.

– А ты, какое мороженое будешь?

Джоанна усмехнулась и хитро посмотрела на меня.

Я не понимал что, мать вашу, происходит.

– Клубничное мое любимое, а ты, какое будешь? – спросила она, выделяя интонацией последнее слово.

– Шоколадное, – коротко ответил я, разглядывая ее профиль, в попытках узнать, над чем она насмехается. Однако мне это не удалось, потому что, мы подошли к лотку с мороженым и напитками.

– Одно шоколадное и одно клубничное мороженое, – сказал я, на ходу доставая бумажник с заднего кармана джинсов.

Продавец окинул меня непонимающим взглядом.

Я посмотрел на него, а потом на Джоанну, подмечая, что она, уже не скрываясь, хихикает над чем-то.

– Мороженого нет, холодно ведь, – сказал продавец, возвращая меня на землю.

– Мороженое не продают осенью, Блейк, – вторила ему Джоанна и накрыла мое плечо своей ладонью, поставив в тупик.