В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

А кошек мелких всё больше по веткам скачет, будто это не кошки, а обезьянки. Как бы не насрали на голову. Дичь полная.

Складывается впечатление, будто мы ото всех прячемся, выбирая окольный путь. Не только великана ищем, но и от деревенских сторонимся. Ну а что? Тоже верное решение. Мало ли, какой услужливый мальчуган, обкурившись травы, побежит гиганту о карательном отряде докладывать.

С рассвета передовую группу всё же нагоняем, неожиданно вырвавшись на проталину. Для меня точно неожиданно, а вот для моей проводницы вряд ли. Проталина небольшая, с противоположной стороны через деревья просвет хорошо виден, что душа радуется.

Охотницы скопились чуть дальше, на землю уставившись. Лихетта вообще на корточки присела, щепотку земли нюхает.

— Ну что у вас тут? — Спрашиваю, подгребая.

— Да тише ты, — шипит Зоррин, злая, как собака.

Остальные суккубки на меня уставились, будто сейчас накинутся и разорвут в мелкие клочья, как голодные зомби. Только Имира внимания не обратила, вообще к просвету отошла, спиной стоит и вдаль смотрит.

А я взглянул, в чём собственно дело. И ахнул, зажимая спешно собственный рот. Снова на меня взглянули, расстреливая глазами, будто лазерными пушками. На земле Его след!

Босая вида человеческого лапа чуть больше метра в длину оставила отпечаток, что в некоторых местах продавило почву сантиметров на тридцать.

Лихетта пошепталась с воительницами, обсуждая его вес. Прикинули, что тонны три минимум!

— След свежий, — заключили охотницы почти сразу. Ага, зашибись.

Огляделся, и увидел, откуда он вышел. Почти перпендикулярно нашему маршруту, меж деревьев ветви переломаны. Но большая часть — уже довольно давно, судя по высохшим свисающим, полу — обломанным корягам. Похоже, он здесь постоянно ходит.

Второй след замечаю на краю проталины, там, где Имира и стоит, в трёх метрах впереди. Можно оценить размах шага. И понять, что он точно не ниже пяти метров, а то и все семь. Если у него человеческая антропометрия.

Десять минут перерыв, перекусываем быстро сушёным мясом и помидорами.

Выдвигаемся по следу, все серьёзные, даже я. Волнение крутит в животе, но я сжимаю зад и беру уже темп отряда.

Выходим к речке, шириной метра два с половиной, перепрыгнуть можно. Кроны деревьев не часто нависают, но в целом берег большой, лес отступает, особенно с противоположной стороны. Трава и кустарники. Охотницы естественно находят новые следы и вырванный с корнем куст. Вонь ужасная от куста исходит, будто зад им подтирал, но суккубки нюхают, даже не кривясь.

Движемся по следу вдоль реки против течения, солнышко встаёт, озаряя первыми лучами испаханную гигантскими ногами дорогу. Река становится шире, доходим до второго оттока.