В связи с особыми обстоятельствами

Еще метров сто, и можно будет начинать. Опустив заслонки, Алексей поспешил в свою орудийную башню. Уселся на железное креслице и взялся за рукоятки пулемета.

Где там мои недавние собеседники?

Собеседники далеко не ушли – как раз перебирались через небольшой ручеек. До моста им осталось пройти ещё прилично. Ну что ж, ребятки, вас сюда никто не приглашал…

Телефонная трубка ткнулась в ухо.

– Внимание всем! Доложить о готовности!

Неготовых к бою не оказалось, все были на своих местах и ждали только команды.

– За тылом и флангами внимательно смотреть! Левченко, Малышев – вас касается. Карпов – отставить пока орудие, работаешь пулеметом. Твой – выход с моста. Копытов – поддержи его. Огузов – огонь по мосту. Я по входу на мост работаю. Открываю огонь первым!

Все посты отозвались, и в бронеплощадке наступила тишина.

Замыкающий немец в уходящей группе вдруг повернулся назад и, как показалось капитану, пристально посмотрел прямо на него. Он не мог видеть под броней никого, но на какой-то момент Ракутину показалось, что они с немцем встретились взглядами. Стремясь сбросить с себя это наваждение, Алексей торопливо наддал на спуск. Первой очередью он сгоряча промазал, но тотчас же выправил положение – вторая очередь перечеркнула чрезмерно внимательного солдата и зацепила ещё нескольких. Сбитыми кеглями (прямо как в Испании – приходилось видеть там заграничное развлечение – кегельбан) покатились они в пыль. А Ракутин уже доворачивал пулемет на остальных.

Эхом отозвались ещё три пулемета – и на дороге наступил ад…

Три станкача, пусть и с семисот метров – но по плотно шагающей пехотной колонне… И, хотя, правильно прицел взял только Копытов (сказался-таки опыт!), но и остальные не сильно от него отстали. Пулеметные ленты были снаряжены патронами с трассирующими пулями (Ракутин специально выбирал такие коробки) и стрелки быстро исправили свой промах.

В первые же мгновения под огнем оказалась большая часть немцев, успевших перейти через мост. Копытов вел огонь с рассеиванием по фронту и до того, пока немцы успели сообразить, что же произошло, сумел расстрелять почти всю ленту. Сколько народу полегло под пулями – трудно сказать, но даже на первый взгляд их было немало! А тут и пристрелявшиеся товарищи внесли свой вклад – да ещё какой!

Закончив со своими фашистами, капитан развернул башню на левую оконечность моста. Огненные стрелы заметались над землей, рикошетируя от металлических балок. До того, как закончилась лента, он успел загнать на мост многих из тех, кто сгоряча (а на самом деле – правильно) рванулся назад, под прикрытие недалеких кустов. Нечего вам в кустах сидеть! Пришли воевать – так воюйте!

Броня внезапно загудела, по площадке пронесся металлический лязг – открыли огонь пулеметы охраны.