Осень в Сокольниках

— Кому вы передавали фотографии?

— В отдел музеев Министерства культуры, Воловику.

— Слушайте меня, Леонид Витальевич, я не зря спросил именно об этих объектах. Подумайте.

— А что случилось?

— Я обещал вам откровенный разговор, поэтому скрывать ничего не буду. Все эти объекты ограблены.

— Как? — Гринин удивленно привстал.

— А вот так. По-разному. Но работали там, как мы считаем, одни и те же лица.

— Значит, вы считаете… — Голос Гринина стал глухим и ломким.

— Пока я ничего не считаю. Я спрашиваю вас еще раз: было ли что-то, ну не совсем обычное, связанное с этими съемками?

— Подождите, — Гринин зашагал по комнате, — получается, что это вроде наводка?

Вадим молчал.

— Нет, — продолжал фотограф, — так нельзя.

— Можно, Леонид Витальевич, даже нужно. Вы помните, что снимали?

— Конечно. У меня в архиве все негативы.

— Так вот, скажу откровенно, нами найдено много похищенных вещей. Много, но не все. Наиболее ценные пока исчезли. Есть сведения, что кто-то передает их за границу. Поэтому я еще раз прошу вспомнить, кому вы передавали снимки.

— Я уже говорил, что Воловику в Министерство культуры. Но вот еще что. Меня часто просят дать снимки тех или иных предметов старшие искусствоведы.

— Вы посылаете им снимки?

— Слайды. Вы знаете, что это такое?"

"— Немного, — Вадим усмехнулся, — совсем немного.

— Понимаете, — продолжал Гринин взволнованно, — вы обвиняете меня.

— Пока я вас ни в чем не обвиняю, Леонид Витальевич, — мягко ответил Вадим. — Абсолютно ни в чем. Я просто размышляю вместе с вами о странных совпадениях. Продолжая размышлять, я хотел бы помочь вам припомнить фамилии искусствоведов.

— Пожалуйста. Это очень просто. — Гринин взял с полки большую записную книжку. — Минутку. Записывайте.

Вадим достал блокнот.

— Забродин, — начал перечислять Гринин, — Юнов, Шаевич, Белопольский, Амержаян, Шевчук, Суханов…

Вадиму показалось, что он ослышался.

— Кто? — переспросил он.

— Суханов, — ответил Гринин. — Суханов Валентин Сергеевич. Москва, Ж-72, улица Серафимовича, дом 2, квартира 246.

Это был адрес Суханова. Ошибки быть не могло.

Значит, все же Суханов. Гонщик Валентин Суханов. Ах, как странно устроен человек, как странно! Как много может он. Спасти детей, рискуя жизнью, и украсть. Где же в человеке кончается добро и начинается зло? Или все это перемешано и происходят неуправляемые процессы? Словно кто-то давит на невидимые кнопки, открывая некие клапаны. Раз нажал — добро, второй раз нажал — зло.

Ах, Суханов, Суханов, как же ты подвел, заслуженный мастер спорта!

— Скажите, Гринин, как вы передавали Суханову снимки?

— Я посылал их по почте.

— Один нескромный вопрос, — сказал Вадим и посмотрел на фотографа.

Гринин, видимо, сразу понял, о чем его спросит собеседник.