Осень в Сокольниках

— Это целая вечность.

— Познакомьтесь, — сказал Вадим.

Вера с любопытством оглядела Марину. Она увидела сразу все: прическу, во что та одета, какие на ней украшения. Она даже с предельной точностью наверняка определила номер ее помады. В чем, в чем, а в этом Вера разбиралась, как старшина-сверхсрочник в арматурных ведомостях.

— Счастливо долететь.

Она стояла, помахивая сумкой.

— Кто это? — спросила Марина.

— Приятельница сестры.

Вадим не обманул ее, он просто сказал полуправду.

«Пассажиров, отлетающих рейсом 1469 Москва — Алма— Ата, просим пройти на посадку».

— Вот и кончилась вечность, — грустно сказала Марина, — пойдем, я провожу тебя.

Они шли к дверям, над которыми горело табло с указанием рейса. Шли сквозь гомонящую толпу, ничего не видя и не ощущая, кроме предстоящей разлуки.

— Там тоже будут стрелять и гонять на автомобилях? — спросила она.

— Нет. Там будут много говорить.

— Дай телеграмму, когда долетишь.

— Ладно.

Садясь в автобус, он обернулся и увидел Марину. Она стояла, прижавшись лицом к стеклу.

А может быть, это была не она?

Часть вторая

Вот именно эти события предшествовали прилету Вадима Орлова сюда, в буйное тление осенней степи, в далекое ИТУ, расположенное в центре Казахстана. Машина неслась сквозь море красок, и прямо из степи вырос забор. Зеленый, казенный, чуть выцветший на солнце. С четырех сторон держали его вышки, а по гребню — это было видно даже на расстоянии — протянулась колючая проволока. И Вадим подумал о том, что преступление и раскрытие его в общем-то короткий отрезок жизни. Но здесь, за этим забором, люди проводят не только годы, но и десятилетия. Машина остановилась у ворот.

— Пойдемте на вахту, товарищ подполковник, — сказал лейтенант Рево.

Вадим выпрыгнул из машины, потянулся, еще раз посмотрел на узелки колючей проволоки. Они были словно преддверия неведомого мира, плохо знакомого даже ему. ИТУ — сложный человеческий организм. Здесь собраны люди, нарушившие почти все статьи УК. Каждая судьба по-своему трагична. Будь это закоренелый рецидивист или человек, случайно попавший за этот забор. Здесь они не просто жили — здесь они искупали вину. Они подошли к вахте. Глухо, словно затвор, щелкнул замок. Прапорщик-контролер внимательно прочитал удостоверение Вадима, сверил его с лежащей на столе заявкой на пропуск. Он хотел спросить об оружии, но Вадим уже отстегивал кобуру. Прапорщик взял пистолет, выщелкнул обойму, оттянул затвор, проверяя патронник. Потом повернул пистолет к свету, читая номер, и выписал Орлову квитанцию. Теперь его «Макаров» будет дожидаться, когда хозяин перешагнет порог вахты, чтобы покинуть ИТУ. Все правильно — в зону с оружием не ходят.