Моя в наказание (СИ)

А я у тебя…

Снова поднимаю глаза, на секунду пересекаюсь со взглядом Айдара. Долго не выдерживаю. Чего хотел бы, не читаю.

Я так, как Сафие, себя вести не буду. Мне же даже лучше, если он найдет себе кого-то…

Говорю себе в мыслях и сама же себе не верю.

— Айдар, а может быть проведете нас до машины? — С этим предложением обращается уже Мария. — На пару слов, без посторонних.

Видимо, уйти, не задев напоследок, Миллеры просто не смогли бы. Хорошо, что эту шпильку принимаю своей кожей я одна.

Вы бы только знали, что роднее чем Сафи у Айдара Муратовича в этом мире нет…

Конечно, просьба Марии — это формальность. Им тут идти пять метров. И, конечно, Айдар не откажется.

Чувствую.

Поэтому не расстраиваюсь, услышав его:

— С радостью.

Он снимает руку с макушки Сафи и легонько подталкивает ее ко мне.

Дочка смотрит пораженно — он подмигивает. Сафичка тает тут же. Прощает. Вот и я так, кызым. Но мне он давно уже не улыбается.

Я снова прижимаю малышку к бедру.

Возможно слишком сильно сжимаю ее плечико, когда ловлю четко адресованный мне взгляд. Звучит обещание-предупреждение:

— Я вернусь, — а потом Айдар толкает дверь, но уже для других женщин, возомнивших себя теми еще принцессами.

А мы с Сафие остаемся ждать своего жестокого кумира внутри.

Глава 19

Айлин

Мой душ у Айдара в номере всегда был торопливым. И всегда приправлен зудящим желанием поскорее уйти.

Сегодня — иначе. Я чувствую себя вялой, заторможенной, измотанной, но при этом не грязной. Спокойной.

Надеюсь, что Салманова не выселят за слишком расточительное использование горячей воды, но уже минут пятнадцать просто стою под струями, а сейчас и вовсе шагаю под них и даю воде намочить волосы.

Подсушу его феном. Нормально — уже дома. На улице все же лето, не простужусь. Но может быть так быстрее отойду от слишком страстного, запредельного на сей раз секса.

Я не знаю, почему так. Я просто чувствовала. Мне было слишком, но Айдара я не остановила. Все впитала. Его — до донышка. А себя как будто осушила. Теперь снова нужно как-то найти.

Между ног немного тянет. Он был грубым. Брал сзади. Прикусывал кожу зубами. Мял тело твердыми пальцами. Подчинял резкими толчками и впитывал стекающие по бедрам плоды своей грубости.

А я, мне кажется, наконец-то расслабилась. Не могу назвать это смирением, но и сопротивления в себе не чувствую.

Он хочет так? Пусть будет так.

Сафи от него без ума. Я, пусть и, возможно, больная, но тоже. Мы не ведем разговоров, не даем друг другу касаться душ, но наши тела звенят напряжением, терпение моментально лопается при первом же взгляде. Мы идеально подходящие друг другу животные. Сходим с ума от запахов и ощущений.

Сегодня Сафи впервые знала, что я еду на встречу к Айдару. Сначала надулась: ведь а почему не беру ее? Потом смирилась.