Твой шёпот в тумане

И чем больше я наблюдала за этими людьми, тем чётче осознавала, что они неправильные. Движения, внешность, даже манера говорить. Всё иное, хоть язык и наш, а словно акцент какой. Тянули они буквы как-то вычурно.

Подойдя ко мне, пшеничный присел и, ухватив меня за подбородок, повернул к себе лицом. Вглядевшись, вызывающе ухмыльнулся и погладил мою скулу большим пальцем.

– Брат, да она сияющая, – и вовсе рассмеялся он, заметив, что я покраснела от смущения. – Может, заберем её, а? Уверен, кому-нибудь да приглянется.

Услышав такое, я дёрнулась, как от удара, и, освободившись от захвата незнакомца, медленно отползла в сторону.

– Девушка, я ещё раз спрашиваю, откуда ты? – тот важный пепельноволосый блондин, что остался сидеть верхом, кажется, терял терпение.

Мне нужно было отвечать, но я бестолково моргала и непроизвольно оглядывалась на лес. Тени были всё ещё там. Поджав губы, перевела взгляд на чужаков.

– Из деревни, – тихо призналась я, – пошла в лес ловушки проверять.

Пшеничный слабо кивнул.

– А что тебя там так напугало? – прямо спросил он.

– Тени, – выдохнула я и указала пальцем в лес.

Воин проследил за моим жестом и ухмыльнулся.

– Смотри-ка, Вульфрик, неприкаянные. И много их тут? – это он спросил у меня. В ответ я слабо кивнула.

Мужчины, как по команде, уставились на лес. Тени шелохнулись и растаяли одна за другой. Мне стало совсем жутко. Кто же это такие, что их даже порождения тумана боятся?

– Отпустите меня, пожалуйста, – тихо прошептала я.

– Не бойся, – воин, что до этого молча собирал мои ростки крапивы, завязал платок и передал его мне, – сами не тронем и этим не оставим.

Жестом он указал на лес. Мне стало чуть спокойнее.

Подняв голову, я заметила на себе заинтересованный взгляд гиганта с пепельной косой. Он явно что-то обдумывал. Подавшись вперёд, в очередной раз оглядел меня и чудно принюхался. Затем быстро тряхнув головой, вернул лицу выражение полнейшего равнодушия.

И мне это не понравилось.

Я вообще не понимала, что это за люди, и откуда они могли взяться на этой дороге. Но проявлять любопытство побоялась. Ясно же, что не простые воины. Слишком грозные и высокомерные. Может, те самые пришлые, о ком так упорно ходили сплетни.

– Ладно, потом разберёмся, – пшеничный вернулся к своему гнедому коню и одним красивым движением забрался в седло. – Кьерн, возьми девчонку и отвези, куда скажет. Жалко, всё-таки сияющая.

Я совсем не поняла, что он имел в виду, но не это сейчас было важным. Кажется, смерть в этот раз обошла меня стороной. Пока я заторможено оглядывалась вокруг, сидя на земле и прижимая к груди узелок с крапивой и тушку птицы, воин встал и свистом призвал своего коня, того самого, что растоптал корзину.

Ни слова не говоря, мужчина подхватил меня за талию и усадил в седло.