В самое сердце

А рядом с ними стоял большой вазон и розы — много роз.

— С возвращением, родная. Мы скучали! — довольно громко произнес Ярослав. Его глаза горели, словно тысячи безумных звезд летят к ногам одной единственной девушки. Настена зажала руками рот, не в состоянии сдержать слез. Казалось, сердце разорвется от переизбытка эмоций.

— Настен, ты чего? — нежно произнес Ярик.

— Настюх, эй, не реви! — завыли парни.

— Милая, — качнула головой бабушка.

Настя обвила всех взглядом, потом посмотрела на Ярика. Всхлип сорвался с ее губ, и она больше не стала сдерживаться. Просто подошла и уткнулась носом в его мужскую горячую грудь. Ветров тут же приобнял свою девочку, медленно поглаживая ладошкой по волосам. Она плакала, но то были слезы радости, слезы счастья. Их общего счастья.

Застолье выдалось шумное. Настя вроде и радовалась, а вроде и грустила. Уж больно хотелось побыть наедине с Яриком, прильнуть к нему и не отпускать. Однако со всеми вместе сделать это оказалось сложно, да и неудобно как-то. И про квартиру спросить хотелось, но это в последнюю очередь.

Хотя Настена все же осторожно заглянула в спальню, пока отлучалась в туалет. В отличие от зала, здесь уже стояла широкая кровать, высокий платиновый шкаф, да такой большой, что там наверняка жить можно. Но в глаза особенно бросилась крупная зеленая игрушечная авокадка, с безумно милой моськой. Она была Насте по пояс и вообще походила на кресло-мешок. Настена вдруг вспомнила, что Ярослав присылал скрин с этой игрушкой и еще парочку других. Спрашивал, какая больше ей нравится. Да и кровать вместе с пуфиком и тумбами показались знакомыми. Одним словом — странно и очень интересно. Настя решила, обязательно узнает чуть позже у Ветрова про все это.

Ближе к вечеру, когда за окном начало садиться солнце, бабушка объявила, мол пора бы и честь знать. Дома тоже дел много. Все как по команде засобирались. Со стола быстренько убрали посуду грязную, мальчишки стулья подвинули, хотя на кухне было очень просторно. Вообще квартира эта казалась Насте целым особняком.

— Ой, так хорошо посидели, — радостно качала головой мать.

— Тем, ты не видел мой портмоне? — кричал Дима откуда-то из комнаты, где стояли цветы с шариками и больше ничего.

— Димас, я видел, — отвечал Ярик. Настя тем временем быстро помыла посуду, протерла столик и тоже вышла в коридор. Уходить ей не хотелось, но что поделать. Тем более чемодан надо оттащить, вещи разобрать.

— Ага, вот мой родненький.

В коридоре сделалось шумно, и даже его нескромные габариты показались маленькими. Тема случайно надел обувь Ветрова, а Дима крутился в поисках телефона. Бабушка все никак не могла забрать все свои пакеты с посудой.

— Ой, — махнула в конечном счете Антонина Викторовна рукой. — Потом заберу.