В самое сердце

За ней была дверь в коридор, а оттуда уже и вход в зону ожидания.

— Вон там Настя стояла. Она дошла до конца, а потом повернулась. Я уверена, что она ждала тебя. Я видела ее глаза. Ну что же вы делаете, дети? — Антонина Викторовна пождала губы, а глаза ее сделались печальными.

— Меня бы там не было. Она ведь знала. Зачем ждала? Это чушь.

— Ярослав. Это все женские обиды. Гордость. Но любовь…

— Нет никакой любви! — крикнул в сердцах Ветров. Выхватил руку и пошел прочь. Обида душила горло, а безысходность царапала грудку клетку. Он потерял ее. Потерял девушку, в которую влюбился первый раз в жизни.

Вот только у самого выхода Ярик зачем-то остановился. Оглянулся в ту самую сторону, куда показывала Антонина Викторовна. В голове вдруг всплыл образ Калашниковой. Как она стоит там и смотрит, как ждет его. Неужели и правда ждала?..

Первые дни в Китае Насте было не до собственных переживаний и чувств: то книги получить, то решить вопросы с документами, то в общаге обустроиться. Комната ей досталась в очень неплохом женском коллективе. Пять девчонок, из которых трое были из Кореи, одна из Таиланда и еще одна из Японии. Громкие, болтливые и очень веселые.

Куратор сразу посоветовала Насте сменить имя, чтобы запомнить окружающим было легче. И Настя превратилась в Нану. А еще на нее моментально обратили внимание несколько китайцев. Оказалось, что в Китае русских любят.

Настена, не привыкшая к такому вниманию даже терялась. Зато парни ничуть не терялись. Они подсаживались к ней за стол, улыбались и предлагали показать студенческий городок. Да, здесь, в самом деле, был целый город для учащихся: и кафе, и магазины, и парки, а главное огромная библиотека. И все это на территории кампуса.

Институт Насте понравился, однако его масштабы невозможно сравнить с российскими. Первые ночи даже сон не шел. Во-первых, китайцы — все же шумный народ. А во-вторых, кровать немного жесткая, и воздух тяжелый, отопление не настолько хорошее, как в России. Да, тепло, но не так. Потому что работал радиатор в комнате. В южных городах не было центрального отопления.

Речь китайцев Настена тоже разбирала плохо. Волновалась из-за этого, и старалась лишний час потратить на библиотеку. Все же подкасты и сериалы — совсем другое. Но китайцы оказались очень понимающими, одним из таких был Вэй Чжоу. Он с самого приезда крутился рядом. Высокий, улыбчивый, с короткой стрижкой и серьгой в правом ухе.

Яркие краски новой жизни помогали скоротать дневное время суток. Однако стоило только вернуться в общагу, лечь в кровать, как грусть заливала тело, сердце и разум. Не нужен никто рядом, как и Китай. Кроме него. Единственного и неповторимого. И как бы Настя не пыталась себя убедить в обратном, ничего не получалось.

С каждым днем обида сходила на нет.