В разводе. Бывшие любимые

— Здравствуйте, я так понимаю, вы Виктория Андреевна?

— Добрый день, — выдохнула я, рассматривая незнакомца: высокий, широкоплечий, чёрная рубашка, чёрные брюки, ремень с тяжёлой пряжкой, которая демонстративно подчёркивала область паха, зачёсанные назад, уложенные гелем волосы тёмные, что смоль, глаза пронзительно синие такие, что природе не встречался такой цвет чистой лазури, на губах паскудная ухмылка.

Слишком паскудная, которая так и шептала о том, что я знаю, что я хорош. Я знаю, что бабы от меня текут, и я этим пользуюсь. Вот такой вот я гандон, такой вот я мудак.

— Демид Покровский, — очаровательно улыбнувшись и показав белые идеальные зубы, произнёс мужчина и протянул мне ладонь.

— Не знаю ещё приятно познакомиться или как. — Произнесла я нервно, и это было явно не от хорошего воспитания, но Покровский усмехнулся и провёл мизинцем по нижней губе, словно бы стирая неуместную улыбку.

— Ну, сейчас и решим, хорошее это знакомство или как?

— Кто вы?

— Владелец сети агентств по недвижимости, вы так настоятельно и тщательно отвергали всех моих сотрудников, что мне показалось, стоит самому приехать и взглянуть на женщину, которая отказывается от предложений столь щедрых. Предложений, которые я делаю крайне редко… — на последней фразе, его голос стал ниже, и он слегка наклонился ко мне. А меня обдало его ароматом туалетной воды: лемонграсс и очень много морских нот, как будто бы я в один момент оказалась на палубе яхты.

— Я не понимаю, чего вы хотите.

— У меня есть клиент, очень статусный клиент. У вас есть помещение в аренде на главной улице города, в трех минутах от центральной площади. Мы сможем договориться.

Я качнула головой.

Нет, и дело было не в пресловутом желании повредничать, я просто не понимала, почему я должна до конца срока аренды, ещё который длился полтора года, что-то менять в своём бизнесе. В эту точку было вложено очень много рекламных кампаний. Кофейня в самом центре была почти основной, здесь была большая проходимость студентов, здесь был бизнес центр города. Поэтому у нас в дни, когда бизнес центр города кишел народом, выручка иногда была просто запредельной. У меня вся сеть иногда столько не выдавала за день, сколько отдавала мне эта кофейня на Пушкина.

Я сделала шаг в сторону и небрежно бросила.

— Не надо никаких предложений, я все равно откажусь, — быстрым шагом я двинулась в сторону своего кабинета и, почти дойдя, обернулась. — Вы можете быть свободны, Демид, — произнесла я и, зайдя внутрь, тяжело вздохнула."

"Дело яйца выеденного не стоило, я неслась через полгорода для того, чтобы произнести эти несколько фраз, но в следующий момент дверь толкнула меня в спину, и я, нахмурив брови, обернулась.

Демид стоял на пороге и, вскинув левую бровь, сканировал меня тяжёлым взглядом.