Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2

— Он живой! Точно говорю! Иначе бы такого не было! — Адепт почти кричал это в лицо Эйлин и тряс перед ней ее же руку, будто собирался ее оторвать."

"До Эйлин не сразу дошел смысл его слов и манипуляций. А потом в ее груди забрезжила искра надежды. И чем дольше Эйлин вглядывалась в татуировку на своей руке, тем ярче эта искра разгоралась.

Она перевела полный надежды взгляд на пещеру и застыла. Стук ее сердца словно отсчитывал секунды до смерти… или жизни.

Сереть Птичка перестала, и Рэй облегченно выдохнул, зачем-то продолжая трясти руку Эйлин, и успокоился, лишь когда получил тычок под колено. Оно подкосилось, но парень все же устоял.

— Молодец, хвалю. Можешь на меня рассчитывать-пф, — утер лоб ладонью перенервничавший Ё-ё. — А пока отойди. Чуть руку девочке не оторвал.

Моника кивнула, как бы говоря Рэю спасибо. Она еще не привыкла к тому, что теперь может разговаривать, потому изъяснялась жестами.

Тем временем, как и в случае с Эйлин, стало понятно, что в источнике все закончилось. И те, кто был на поляне, посмотрели сначала на зев пещеры, а потом на Эйлин и на почти закаменевшую в ожидании наместницу, которая не сводила взгляда с внучки.

— Мать моя ежиха, — внезапно пробасил Ё-ё. От увиденного у него сел голос. — Эйлин, этого монстра сможешь укротить только ты. Но если что — смело беги. Я прикрою.

Глава 18. О том что все хорошо, когда оно хорошо

Спала я глубоко и без сновидений. Мне было хорошо, комфортно и спокойно. С этим чувством я и проснулась. Даже улыбнулась, не открывая глаз.

Представила, как сейчас встану, приму душ и отправлюсь вместе с Ё-ё на занятия. Попыталась вспомнить, в какой группе у меня сегодня первая пара, и… вспомнила все, что произошло за последние дни.

Сердце подпрыгнуло к горлу, и я широко распахнула глаза. Уже готова была вскочить с кровати, но увидела рядом Марселя и остановилась. Полностью одетый, он лежал на боку поверх одеяла, поддерживая голову рукой, и с нежностью и непонятным облегчением разглядывал меня.

Из груди вырвался вздох. Непроизвольно я потянулась к Марселю, и он тут же обнял меня и прижал к груди.

— Доброе утро, моя Птичка, — прошептал мне на ушко. — Я уже начал беспокоиться.

— Беспокоиться? — Я вдыхала его запах, который сейчас ощущала особенно остро, и не могла надышаться.

Запах Марселя вселял спокойствие и уверенность, но одновременно будоражил и возбуждал.

— Да, ты спала трое суток.

— Сколько?! — Я отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Ты серьезно?

— Серьезнее некуда. Если бы не заверения местных лекарей, что с тобой все хорошо и тебе просто нужно восстановиться сном, я бы наплевал на все и начал тебя будить еще вчера.

Я вспомнила, в каком виде он появился из пещеры, и с беспокойством спросила:

— Ты сам как?

— Нормально.