Ходячее недоразумение в академии Примы

 — …А пока садимся на пол и пытаемся войти в медитативное состояние, чтобы почувствовать движение магических потоков внутри ваших тел, — вернула меня в настоящее госпожа де Мризье, которая по совместительству была и заместительницей ректора.

В глубине души меня эта ее должность радовала. Может, хоть она будет иногда заступаться за меня перед ректором? А то мне и одного раза в его кабинете хватило для получения полной гаммы ощущений.

— Варя, ты уже решила насчет дополнительных занятий? Если мы с тобой будем больше заниматься, то ходить по параллельностям ты сможешь научиться уже до Нового года, — придержала меня в конце занятия преподавательница.

Такая перспектива не могла меня не увлечь, но я обещала родным, что не буду торопиться, и переубедить хотя бы маму было невозможно — от одного упоминании имени госпожи де Мризье она кривилась и тут же говорила «нет» всему, что с ней связано. 

Странно, конечно, но вытянуть что-то из мамы, если она не хотела, невозможно, и мне оставалось только строить догадки о причинах ее такого отношения. 

— Пока не получается, — расстроенно ответила я преподавательнице. — Очень большая учебная нагрузка.

— Понимаю, — улыбка женщины сделалась натянутой, но она тут же растянула ее еще шире. — Ничего, у нас с тобой еще все впереди! Иди, тебя уже друзья заждались.

Друзья во главе с уже заглядывающим в аудиторию Чихуаком и правда меня ждали, и я поспешила к ним.

Такое знаковое событие, как студенческий сбор в неформальной обстановке, мои одногруппники пропустить никак не могли. И в таверну с говорящим названием «У загулявшего адепта» мы ввалились целой толпой. Компанию нам составили Чихуак, Лайла и Егор, который захватил и своих друзей. Но возглавлял весь этот балаган Мотя. Этот хулиган первым ворвался в таверну и хриплым басом изрек:

— Девочки! Мечта ваших шаловливых ручек вас ждет!

Повисшая тишина прервалась нашей ввалившейся компанией. А я подхватила Мутанта на руки и бочком протиснулась за указанный нам столик. Вернее, несколько в мгновение ока сдвинутых столов.

— Ты что творишь? — зашипела я на ухо фамильяру.

— А тебе что, жалко? — вперил в меня погрустневшие глаза Мотя. — Я, между прочим, уже больше недели безвылазно в общаге сижу. Ты все время занята, с собой никуда не берешь, даже гулять со мной не ходишь. Знаешь, как тяжело сидеть в четырех стенах?.. 

Я, конечно, знала, что ни в каких четырех стенах он не сидел, а бродил по территории академии, но чувство вины ему у меня вызвать удалось. Я ведь и правда в последние дни проводила с ним слишком мало времени. Погладила зайку по шерстке и почесала за ушком, как он любит. 

— …А как я все это время страдал?! Как страдал! — продолжал он давить на жалость, подставляя для почесываний пузико.