Игра в «Потрошителя»

Да я и в жизни не надену ничего с кружевами, от них все чешется, — отозвалась Аманда.

— Я тебя ни в чем не виню, но кто-то ведь стянул мое белье.

— Может, ты его потеряла… — предположила Элса.

— Где бы это, Элса? Я только дома снимаю трусы, — ответила Индиана, погрешив против истины; впрочем, если бы она оставила трусики в номере отеля «Фэрмонт», то обнаружила бы это, не доходя до лифта. — Не хватает розового лифчика и еще черного, двух розовых трусов и ночной рубашки, шикарной: я даже не надевала ее ни разу, берегла для особого случая.

— Как странно, детка! Твоя квартира всегда на замке.

— Кто-то входил туда, это точно. Переворошил флакончики с эссенциями для ароматерапии, но вроде ничего не взял.

— Раскидал как попало? — внезапно заинтересовалась Аманда.

— Выстроил их в алфавитном порядке, и я теперь ничего не могу найти. У меня своя система.

— Значит, у него было полно времени, чтобы порыться в ящиках, стащить белье, какое понравилось, расставить флаконы. Что-то еще пропало? Мама, ты осмотрела замок?

— Больше ничего не пропало. Замок цел.

— У кого есть ключ от твоей квартиры?

— У нескольких человек: у Элсы, у папы и у тебя, — ответила Индиана.

— И у Алана Келлера, хотя зачем ему красть это нелепое белье, которое он сам тебе дарит, — пробормотала Аманда сквозь зубы.

— У Алана? У него нет ключа, он сюда не приходит.

В гостиной Блейк Джексон сделал ход конем, криком оповестил об этом внучку, и та в ответ прокричала, что ему грозит мат в три хода.

— У папы тоже есть ключ от твоей квартиры, — напомнила Индиане дочь."

"— У Боба? С какой это стати? У меня же нет его ключа!

— Ты сама дала ему ключ и попросила настроить телевизор, когда уезжала в Турцию с Келлером.

— Но, Аманда, девочка, ради бога, как ты можешь подозревать твоего папу. Твой папа не вор, он полицейский, — пришла в смятение Элса Домингес.

В принципе Индиана была с ней согласна, хотя какие-то сомнения оставались, поскольку Боб Мартин был человеком непредсказуемым. Он частенько доставлял бывшей жене огорчения, большей частью нарушая договоренность относительно Аманды, но в общем относился к ней с уважением и покровительственной нежностью старшего брата. Устраивал трогательные сюрпризы: к примеру, в ее последний день рождения прислал в клинику торт. Коллеги из соседних кабинетов во главе с Матеушем Перейрой сбежались, прихватив шампанское и бумажные стаканчики, чтобы выпить за ее здоровье и съесть торт. Когда Индиана стала кромсать его ножиком для разрезания бумаги, то обнаружила внутри пластиковый конвертик с пятью купюрами по сто долларов — сумма немалая для ее бывшего мужа, чьим единственным источником доходов было жалованье полицейского, а для нее самой так и вовсе сказочная.