Игра в «Потрошителя»

Три дня они с псом скрывались в Винго, городе-призраке в округе Сонома, со старым, заброшенным, совершенно проржавевшим мостом, деревянными сходнями, выбеленными солнцем, и домами в руинах. Они бы задержались и дольше в компании уток, грызунов, оленей и незримо присутствующих духов, которыми славился Винго, но Миллер боялся, что с наступлением весны в это место потянутся рыбаки, охотники и туристы. Ночами, лежа в спальном мешке, под свист ветра в заброшенных домах, чувствуя тепло Аттилы рядом с собою, Миллер воображал, будто Индиана лежит рядом, прижавшись к нему, положив голову ему на плечо, и ее рука покоится на его груди, а крутые завитки волос щекочут губы."

"На третью ночь в заброшенном селении Миллер впервые осмелился позвать Шарбат. Она пришла не сразу, но явилась не тем смутным или покрытым кровью призраком, какой мучил его в кошмарах, но девочкой, какую он помнил, невредимой, с испуганным лицом, в цветастом платке и с братишкой на руках. Тогда он смог попросить у нее прощения и пообещать, что обойдет целый свет, но разыщет ее; и в нескончаемом монологе поведать ей то, что никогда никому не откроет, только ей, ведь никто не хочет знать, что такое на самом деле война, всем подавай героическую версию, очищенную от ужасов, и никто не хочет слушать солдата, который делится своей мукой; а он может, например, рассказать, что после Второй мировой войны обнаружился потрясающий факт: лишь один солдат из четверых стрелял на поражение. Тогда военную подготовку изменили так, чтобы сломить это инстинктивное отвращение и добиться того, чтобы малейший стимул вызывал автоматическую реакцию, мускульный рефлекс, заставляющий нажимать на спусковой крючок; теперь девяносто пять процентов солдат убивают не думая — поразительный успех; но никто еще не разработал методику, чтобы заглушить колокольный звон, неистовый набат совести, раздающийся позже, после боя, когда нужно снова встраиваться в нормальный мир, где есть время подумать, — и тогда начинаешь видеть кошмары и испытывать стыд, и ни алкоголь, ни наркотики не облегчат мучений. Ярость накапливается, не находит выхода — и одни ищут драки в барах, а другие избивают жену и детей.

Он рассказал Шарбат, что принадлежал к горстке отборных воинов, лучших в мире.