В поисках Кристал, или Пережить отбор

Роскошная шатенка с большими карими глазами, напоминавшими взгляд любопытного оленёнка, продемонстрировала при приветствии своё глубокое декольте настолько беззастенчиво, что о глазах Верент вспомнил лишь из краткой характеристики, составленной Дарреном на каждую участницу отбора, всплывшую внезапно в голове в тот момент, когда девушка назвала свой титул и имя. Услышав тихое бормотание а-ля «ох уж эти мужчины», король покосился в сторону тётушки, тут же принявшей вид статуи. Пока Мелиана охала и ахала, как же она будет без своих косметических артефактов, защищающих от солнца, ведь у неё точно испортится кожа, на поляне появился Даррен и представил Сильвию Соттес, дочь герцога Соттеского. Застенчивая девушка явно была смущена, оказанной честью и пыталась заправить дрожащими руками выбившийся локон цвета карамели обратно в причёску. Не смея поднять взгляд, пока называла имя и титул отца, она лишь раз робко посмотрела на короля своими глазами цвета молодой травы, когда тот протянул руку. Верент приободрил Сильвию парой фраз и отвёл к тётушке, бросившую вскользь фразу о том, что «хоть у этой из верхней части платья ничего не вываливается…» В чём-то он с ней был согласен, однако засиял очередной портал, и пришлось вернуться, чтобы поприветствовать Миранду Кайенс, дочь маркиза Вендорма. Высокая, стройная блондинка держалась уверенно, в меру постреливая серо-голубыми глазами из-под длинных умело подкрашенных ресниц.

Тихий вердикт тётушки Морин был точен как никогда:

— Никак ещё одна будущая королева нарисовалась…

Верент в очередной раз вознёс хвалу брату, который наложил дополнительные чары, чтобы бурчание вдовствующей герцогини слышали только они ровно до того момента, как она переключалась на беседу с очередной девушкой.

Кристин Тремерц, дочь маркиза Дайлен с любопытством разглядывала место, в котором оказалась, молча выражая восторг сияющими ярко-зелёными глазами, весьма интересно смотревшимися в сочетании с длинными тёмно-сиреневыми локонами, собранными на затылке. Кажется, именно поэтому её род за глаза называли «аметистовыми драконами».

— Прелестное дитя, даже детская припухлость на щёчках сохранилась. Если бы не стройная фигурка, я бы подумала, что балуется по ночам пирожными…

Верент мысленно ударил себя по лицу. Тётушка знала о чарах и намеренно пользовалась ситуацией, мстя таким образом горячо любимым племянникам за то, что вызвали из фамильного замка Мэртвэрнов и привлекли к организации отбора. После смерти мужа она редко куда-то выбиралась и предпочитала уединение, несмотря на то, что ей недавно исполнилось всего пятьдесят семь лет, а внешне и вовсе выглядела не старше тридцати пяти.