В плену. И после. История одного эльфа

«Да, ты не ошибся, это я, Фай Пилигримм, тот, над кем вы измывались на суде, которому предлагали смыть позор кровью. Узнал меня? Теперь власть и закон здесь я».

Когда королевский ревизор взлетел по лестнице на крыльцо, у Колтура задрожали губы, и он поджал их, пытаясь не выдать своего ужаса, но было поздно: Фай заметил, и в его душе взметнулось темное, мрачное ликование. Он почувствовал себя отомщенным. Почувствовал себя всесильным.

— Приветствуем вас в «Воль’а’мире», — проблеял один из членов эльфийского Совета, но Фай оборвал его небрежным взмахом руки.

— Я здесь по поручению великой эйхарри Эйриона. Поступил приказ провести расследование. Местную власть подозревают в превышении полномочий, в преступлениях на почве нетерпимости. В преднамеренных убийствах.

Советники загалдели, испуганно переглядываясь и перешептываясь.

— И начнем мы с того, — зловещим тоном продолжил Фай, — что обыщем Кипящие болота. Молитесь Темнейшей, чтобы мы не нашли на дне эльфийские кости.

Судя по тому, как побледнел Колтур и как затряслись другие советники, кости они найдут. И много.

*

Местную власть судили и приговорили к высшей мере наказания, но в последний момент Фай настоял, чтобы казнь заменили на публичное унижение. Связанных и голых советников цепочкой провели по городу, а затем подвергли на площади порке.

Шею и руки Колтура закрепили в специальной деревянной конструкции, вынудившей его отклячить нагой беззащитный зад, а потом обрушили на этот зад пятьдесят ударов кнутом. Столько же получила и спина.

Униженного, потерявшего сознание советника на носилках отправили к целителю, а его место занял следующий осужденный.

Посмотреть на экзекуцию пришло не так много народа, но репутация бывших вершителей судеб была погублена навсегда. Их не только объявили преступниками, но и раздели догола, а затем голых поставили посреди города в унизительную позу и отхлестали, словно несговорчивую скотину. Для любого эльфа такая участь была хуже смерти.

Сидя на трибуне, наколдованной Грид, Фай старался отрешиться от происходящего на площади. Все же он был не из тех, кто любит наблюдать за чужими страданиями.

— Сочувствуешь им? — спросила супруга, заметив, как любимый отводит взгляд.

Фай пожал плечами и ощутил, как теплая ладонь в жесте поддержки опустилась ему на колено.

— Это не месть, — заявила Грид, успокоив его своим уверенным тоном. — А справедливое наказание. Урок и предупреждение другим фанатикам от морали. Если хочешь изменить мир, действовать надо твердо. Пришло время разворошить это осиное гнездо.

Разворошить осиное гнездо…

Именно это обещала сделать эйхарри.

Кивнув, Фай накрыл руку жены своей и крепко сжал.