В окружении

– Бренда, спасибо, что согласились сегодня встретиться с нами. Мы не можем

передать вам, в каком восторге мы были, получив ваш звонок.

Затем оператор приблизил камеру к привлекательной даме около пятидесяти в

красивой, коралловой блузке, скромно застегнутой до ключиц, где нитка жемчуга – подделка,

уверен – лежала на ее коже. Ее спутанные волосы с прошлой недели были выпрямлены и

убраны за уши, а на месте пестрых сережек–колец были соответствующие ожерелью

жемчужины. Разве не картинка материнского совершенства.

– Спасибо, Холи. Я рада находиться здесь.

Когда она нацелила улыбку в сторону репортера, я понимал, что та женщина считала

ее искренней, и я полагал так же. Бренда, наверняка, была в восторге о того, что играла

главную роль в своем джек–потовом–реалити–шоу, но шестое чувство, которое у меня

просыпалось, когда дело касалось это женщины, заставляло меня изучать каждую черту ее

лица пока… Вот оно, подумал я, когда подошел ближе к экрану. Я склонил голову в сторону

и сосредоточился на слегка прищуренных глазах, и там, в тех зеленых глубинах, которые

были так похожи на мои собственные, таился расчет, как поиметь меня.

– В первую очередь, я должна отметить, – сказала Холи, – что очевидно, пока я сижу

напротив вас, откуда Дилан получил все хорошее. Вы совершенно прекрасны.

Бренда фальшиво рассмеялась и поднесла руку к своему жемчугу, чтобы потеребить

его.

– Вы очень милы. Спасибо.

– Нет. Нет. Я серьезно. Пока у нас не появилось возможности поговорить с Диланом

лично, то теперь–знаменитый билборд на Голливуд с национальной рекламной кампанией,

где он изображен, и те вкусные фотографии, которые недавно всплыли ни с кем иным, как

Эйсом Локком, дали нам небольшое представление о вашем красивом мальчике.

Бренда кивнула, опуская руку на место, на ее колено, поверх черной юбки карандаш.

– Ох, это все мой Дилан…

– Она блять серьезно сейчас? – наконец, заговорил Эйс, откуда из–за моей спины. Но я

поднял руку вверх, останавливая его, и он умолк. Я хотел слышать каждое слово, которое

выходило из ее лживого рта.

– Из маленького мальчика в красавца. И соблазнителя тоже…

Бренда позволила словам повиснуть в воздухе, как наживке, дожидаясь, когда на нее

клюнет рыба. Это не заняло больше одного удара сердца, или двух, а затем Холи в тот же

момент насадилась на этот крючок.

– Соблазнителем?

– Да, – ответила Бренда, ее улыбка растянулась, несомненно, от удовольствия, что на

ее уловку повелись. – В смысле, ребенком он постоянно попадал в неприятности. Обычное

поведение детей, естественно. Несколько украденных конфет там, прогулянный урок здесь,

но к восьми годам…или возможно к девяти? Он стал мастером по заговариванию зубов в

небольших мелочах.