В окружении

– Ты считаешь, что только потому что ты уехал в другой штат папарацци не найдут

тебя? Хотя не сказать, что там они кишат так же как здесь, так что, вероятно, ты и не заметил

их.

– И что в этом такого? Потому что мне плевать, что они делают снимки. Я не

скрываюсь. Мне просто нужно было сбежать на несколько дней."

"– Я понимаю это, – Мартина говорила сочувствующе. – Но я надеюсь, что ты рванешь

обратно со всех ног, потому что сегодня утром у меня был самый лучший телефонный

разговор. Ты сидишь?

Я бросил взгляд туда, где Дилан жал руки и обнимал Дерека и привлекательного

мужчину в самых ярких, кислотно–оранжевых шортах, которые я видел в жизни.

– Нет, – ответил я. – Не сижу.

– Тебе, правда, стоит присесть.

Это привлекло мое внимание.

– Это хорошие или плохие новости? Ты сказала самый лучший телефонный разговор,

да?

– Обычно это означает хорошие, да.

Оглядываясь вокруг себя, я не заметил ничего, куда бы мог плюхнуться, кроме песка,

поэтому продолжил стоять.

– Хорошо, я сижу. Что там?

Мартина сделала глубокий вдох и шумно выдохнула.

– Карли Уайлд хочет тебя в своем шоу. Карли Уайлд! Часовое, возможно, двухчасовое

интервью эксклюзивно с тобой.

– И это самые лучшие новости?

– Эйс! Это колоссально. Знаешь, когда Карли Уайлд приглашает кого–то в свое шоу,

это очень повышает внимание к ним.

Я фыркнул.

– Можно подумать, мне действительно нужно еще сильнее привлекать к себе

внимание. Да перед моими долбанными воротами ночуют папарацци, Мартина.

– Ты понял, о чем я. Америка любит Карли. Ты завоевываешь ее, ты завоевываешь

зрителей, и мы возвращаемся в бизнес, детка.

Я открыл рот, чтобы ответить чем–то саркастичным, но потом замолчал. Она права, но

почему Карли вообще захотела меня в своем шоу в первую очередь? Когда моя карьера

падала быстрее, чем парашютист без парашюта, а любовь всей моей жизни размазывали в

каждой газетенке во всем мире?

– О чем она хочет поговорить? Почему она позвонила сейчас? Почему не тогда, когда

все было хорошо, мм?

– Ох, Эйс. Ты же знаешь, что она любит невероятные истории возвращения. Как и весь

остальной мир.

– Я должен вернуть свое прошлое сейчас? – спросил я, повысив голос. Я бросил взгляд

на группу, начинающую разжигать костер; друзья Дилана не заметили моего взрыва, но

Дилан перехватил мой взгляд и выгнул бровь. Я махнул ему, чтобы он не беспокоился, и

затем понизил голос. – Я не собираюсь идти на национальное телевидение и давать интервью

женщине, которая хочет узнать, что я чувствую, когда все мои карьерные перспективы

внезапно испарились, и вымазать в этом зачем–то мое лицо.

– Это будет не так…

– Будет, и я не стану этого делать.

– Эйс…

– Нет.