В оковах Шейха

И ее губы неуверенно шевельнулись, но он не услышал, сказала ли она что-нибудь на самом деле, потому что он ушел.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Всего их было шесть. Белый дворец, покрытый перламутровыми раковинами, которые сверкали на солнце. Красный дворец с красными башенками и куполами, отдававшими дань уважения рубину. Дворец с обширными благоухающими садами и названием Ясмин, названный в честь фаворитки Малика того времени, как им сообщили. Большой дворец, который был основан на венецианском ряду палаццо с каналами и гондольерами по запросу, если потребуется, вместе с огромными комнатами, до краев заполненными муранским стеклом, и дворец, который выглядел как двойник для Версальского дворца. Был даже парк-дворец под названием ""Дворец развлечений"" с тематикой ""Страна фантазий"" и обширным садом, полным идеально ухоженных и смазанных аттракционов, которые выглядели устрашающе пустыми, просто ожидая, когда кто-нибудь нажмет кнопку.

Торе они казались глупостью мальчика, который так и не повзрослел, зданиями, которым не хватало элегантного хорошего вкуса Старого дворца, несмотря на богатство сокровищ, которые они содержали, зданиями, которые рискнули вторгнуться на территорию показной демонстрации богатства ради богатства."

"— Почему так много? — Спросила она Рашида, когда их кортеж покинул последний в списке, так называемый Дворец развлечений, кондитерское изделие в стиле рококо, основанное на уединении королевских особ эпохи возрождения, которое было бы уместно во французской сельской местности. — Кому вообще нужно столько дворцов?

— Вероятно Малику, — сказал он, — потому что, очевидно, гарем в Старом дворце был недостаточно большим.

— Значит, он построил шесть дополнительных дворцов для размещения своих женщин?

— Очевидно, он был человеком с ненасытными вкусами. Я не могу представить, как еще он мог бы так счастливо промотать столько денег и столько часов, когда он должен был работать на свой народ.

— Но у него не было детей?

— Это не остановило его от попыток, — сухо сказал он, и Тора не смогла удержаться от смеха.

— Что?

— Ты. Это звучит почти смешно.

— Мне очень жаль. Я не хотел это говорить...

— Я знаю, — сказала она с усмешкой. — Вот что делает это таким забавным.

Он отвел взгляд, изображая обиду на ее смех, хотя на самом деле он очень наслаждался собой. Было приятно уйти от бесконечных бумаг и электронных таблиц, заполненных цифрами, которые показывали, насколько сильно пренебрегали экономикой в течение последних трех десятилетий, в то время как ее казна была разграблена, чтобы заплатить за безумства эмира.

Было хорошо быть с ней.

На удивление хорошо.

Он предполагал, что эта прогулка даст ей шанс увидеть его в лучшем свете.