В обратную сторону

И даже для Робби, но на вырост, — немного смущенно поджимая губы, она осторожно демонстрирует мне уже все свои творения. — На его крохотную ручку сплести подобное может только эльф.

— Эльф здесь ты. Они просто чудо. Такие тоненькие.

— Нужно завязать и загадать желание.

— Сделаем это вечером, все вместе.

Я помню, как любила мастерить нечто подобное в детстве. Интересно, где она этому научилась?

Внезапно в полной мере ощутила каково это — быть матерью дочери. Ведь у меня еще никогда не было такого опыта. Очевидно, он будет очень красивым. И сейчас уже есть, с Кэтти. Иногда мне кажется, что я впитала всю любовь Димы к ней через поры на коже и совершенно не ощущаю ее чужим ребенком.

Как я могла оставить эту девочку с этой мегерой?

Которая, кстати, вновь тусуется на кухне и бросает на меня прожигающие до открытых ран взгляды. Мне становится не по себе от ее разрушительного ментального обстрела. Я отвечаю Вере продолжительным взором, и только после этого она прекращает таращиться на трогательную сцену в коридоре и возвращается к приготовлению кофе.

Должно быть, она плохо спала, но мне совершенно не жаль эту женщину, что посматривает на подставку для ножей таким взглядом, словно жаждет вынуть один из них и хорошенько обточить его об мою голову.

— Какая прелесть, Кэтти. Такие красивые! А мне браслетик найдется? — приблизившись к нам, Вера тянет на себя Катарину, и та с неохотой прижимается к ней.

И снова у меня возникает неприятное ощущение, словно Вера держит Кэтти на коротком поводке, словно карманного шпица. Поэтому та и не выходит из дома так долго. За несколько лет профессионального наблюдения можно было бы достичь более заметного результата.

— Я сплету тебе его, Вер. Немного попозже, — явно из вежливости бросает Кэтти. И все же от Веры не отходит. — Эль, я бы хотела показать тебе еще кое-что.

— Давай, я уложу мальчиков, и мы встретимся в коридоре на втором этаже, — договариваюсь с Кэтти, поднимая из коляски хныкающего Роберта. Пупс явно в шоке от моих передвижений и выражает свое возмущение порцией отборных и пузыристых слюней.

— И стоил побег того, Элина Алексеевна? — демонстративно интересуется Вера, пытаясь посмотреть на меня сверху вниз. — Вы так детей замучаете. Роберт же совсем маленький.

— В этом доме детей мучаю не я, Вера, — стальным тоном отрезаю я и уверенной походкой направляюсь в нашу с Димой спальню.

С Катариной мы встречаемся в коридоре, как и договаривались. К моему удивлению, она сразу хватает меня за руку и тянет в сторону балкона, что представляет собой вторую террасу — только открытую и маленькую.

— Смотри, Элина! У меня получилось! — девочка делает осторожный шаг за порог закрытого пространства.