В объятиях врага

Пока ты была в лавке артефактов, я таки потащила старого зануду за шляпками. Сначала основательно ему нервы потрепала, чтобы у него повысилась вероятность проболтаться. И осторожненько так расспросила. И знаешь, что? Оказывается, два года назад Алмира-то твоего вообще в Артене не было!

– То есть как? – Я даже замерла от изумления.

– А вот так! – Госпожа Мирланда развела руками. – Ты говорила, твой брат погиб в начале лета два года назад, так?

– Так, – кивнула я.

– Так вот, в это время, по словам Дальда, Алмир вообще жил в Вестстране. Там какая-то проблема была с принадлежащими его роду шахтами, и строительство какое-то шло, я подробности не стала расспрашивать. Но факт в том, что Алмир уехал туда еще зимой, а вернулся в Артен лишь в начале осени. То есть на момент гибели Брана его попросту не было в столице! Конечно, остаются еще варианты, что убийцу можно было нанять или самому сюда ненадолго тайно приехать. Но первое сразу отметается, так как убить носителя древней магии крайне проблематично, нужно быть самому при этом не слабее. Да и вариант тайного приезда мне кажется весьма сомнительным. Это же два месяца пути только в одну сторону! Можно, конечно, навести справки, написать в Вестстран, спросить, не уезжал ли Алмир в то время оттуда. Но как мне кажется, это уже излишне. Думаю, ты и сама понимаешь, что он не виновен.

– Я очень хочу в это верить, – не стала я отрицать. – Да и теперь, когда я куда лучше знаю Алмира, вообще очень сомневаюсь, что он способен на подлое убийство. Если бы он и вправду зачем-то хотел убить Брана, вызвал бы на магическую дуэль – это куда вероятнее. Но тот разговор… – Я устало помассировала виски. – Даже не представляю, о чем тогда вообще шла речь. Но есть еще кое-что, что вообще ставит меня в тупик…

– И что же? – от нетерпения госпожа Мирланда даже с кресла привстала.

– Понимаете, из-за продолжительных занятий магией я в этом уже очень продвинулась, и мое восприятие многократно обострилось. И вот когда я сегодня была в подземном зале, где погиб Бран, я почувствовала его смерть. А кровная смерть ощущается куда отчетливее… И я даже не знаю, как сказать, сама этого толком не понимаю… Там вообще не было какой-либо другой силы, лишь магия рода в чудовищной концентрации. А сама смерть… – Я беспомощно посмотрела на госпожу Мирланду. – Она как будто бы и вовсе не была насильственной, понимаете… Ну вот так ощущалось.

– Погоди-погоди, – растерялась дуэнья, – то есть твой брат покончил жизнь самоубийством? Я правильно тебя поняла?

– Очень похоже на то. – Мне даже не верилось, что я это говорю.