Наследник пепла. Книга V

— Романов в своём уме из-за одного праздника он думал, что его петух жареный в темечко, не клюнет? — разъярилась императрица.

— К моему великому сожалению, он его все-таки клюнул, Вирго сделал печальный взгляд, при этом, едва сдерживая улыбку, — Романов погиб во время прорыва, так же, как и ещё пять преподавателей академии, закрывая собой студентов. Погибло так же ещё четыре десятка студентов со всех факультетов. Относительно малой кровью отделались боевики. Среди гражданских жертв пока ещё считают, пока это выходит что-то около ещё пяти десятков.

— Боги, за что же вы так с нами? Ну, Романову повезло, что он своей грудью закрыл детей, иначе я сама бы его вздёрнула на этой телепортационной стеле, — рыкнула императрица. — Ну что же все-таки делать? Слободан, что нам делать с этой непонятной формой жизни?

— Я бы посоветовал попробовать обождать ещё хотя бы день или несколько дней провести на ней всевозможные эксперименты. Все же, как ни крути, но так просто сразу же взорвать стелу — это показать слабость нашей науки. Все же день-другой у нас должны быть, прежде чем совершится нечто непоправимое на взгляд военных. Так почему бы не потратить их на изучение? А подорвать её мы всегда успеем."

"Вирго исподволь влиял на императрицу, склоняя её к необходимому решению. Насколько он помнил, накопителю требовалось поглотить полностью весь ретранслятор для того, чтобы подключиться на полную мощность к местным источникам энергии и для получения полного контроля над ретранслятором. А для этого нужно было минимум сорок восемь часов. Благо, что не существовало среди людей таких способностей и таких реагентов, которые бы смогли её уничтожить, это новейшая разработка. И самым обычным оружием её не возьмёшь. Возможно, если бы здесь были высшие демоны из их мира, их магия могла бы подействовать, но он сомневался в том, что люди могли что-либо сделать с накопителем, а вот уничтожить ретранслятор они могли, лишив заодно подпитки форму жизни накопителя. И вот это было как раз нежелательно.

— Я подумаю над твоими словами, Слободан. А пока же… — она резко обернулась к окну, её плечи опустились от усталости и веса ответственности.

Вирго терпеливо ждал, наблюдая, как её пальцы впиваются в подоконник. Когда она обернулась, он уже стоял в двух шагах, держа изящную шкатулку.

— А пока же, Ваше Императорское Величество, — Вирго раскрыл небольшую шкатулку, в которой красовался золотой перстень с искусно вырезанной розой из розового коралла. — я хотел бы преподнести вам дар в честь той розы, которой Ермолов пытался снова заполучить ваше расположение. Я хотел бы подарить розу, символизирующую трепет моего сердца при виде вас.